-- Наконецъ, чтобъ потѣшить всѣхъ этихъ богачей!
Оба друга переглянулись и обмѣнялись неизмѣримыми зѣвками. Таковы ужь парижскія знаменитости. Никто не зѣваетъ шире тѣхъ, которые слывутъ за отъявленныхъ весельчаковъ. Знаменитое своимъ раннимъ цвѣтомъ каштановое дерево въ Тюильри, прозванное "деревомъ 25 марта", едва раскрываетъ свои достославныя почки, а его безвѣстные сосѣди ужь въ полномъ цвѣту.
-- И вы придумали что-нибудь? спросилъ Миремонъ.
-- Тысячу вещей!
-- Чортъ возьми!.. надо бы намъ согласиться, если вы хотите: у меня пока ничего нѣтъ въ головѣ.
-- Мы подѣлимся, сказалъ великодушный Фисель: -- прежде всего нуженъ театръ...
-- Разумѣется... и труппа!
Фисель съ видомъ глубокаго превосходства пожалъ плечами.
-- Надо веселить весь этотъ людъ, прибавилъ онъ: -- а молоденькія банкирши и баронессы лучше захотятъ сами играть, чѣмъ слушать парижскихъ актёровъ... Положимъ, найдется по десяти импровизированныхъ актёровъ и актриссъ... выйдетъ двадцать счастливыхъ людей!
Миремонъ, казалось, не убѣдился.