Они знали, что коз нельзя гнать чересчур быстро, если хотят получить от них молока, и поэтому был уже поздний полдень, когда дети, козы и собака подошли к подножью их горного склона и начался последний подъем на гору.
Наконец, дети увидели крышу их дома. Она показалась из-за края горы задолго до всего остального. На крыше были навалены тяжелые камни, чтобы крышу не снесло ветром. Близнецы не могли оторвать от нее своих глаз. Немного спустя, они увидели уже весь дом, козий сарай, хлев для коров, позади него стог с соломой и южную часть сада.
Они напрягали глаза, чтобы разглядеть мать, но ее нигде не было видно. Нигде не видно было никакого движения. Даже ветерок замер, и деревья стояли неподвижно.
Дети подходили все ближе и ближе. Наконец, когда они не были в силах больше сдерживать себя, они бросились бежать и ворвались все во двор со звоном колокольчиков коз, с лаем Белло и радостными криками: -- Мама! мама! где ты? Мы дома!
Но, к их удивлению и огорчению, ответа не было. Дом стоял точно заснувший.
Оставив коз с Белло, дети бросились на кухню. Там не было никого, только громко тикали часы с кукушкой.
Они кинулись наверх в спальню и снова вернулись в кухню. Везде была тишина.
-- Дом словно умер, когда в нем нет мамы, -- всхлипнула Ленели. -- Где же это она может быть? И Розели тоже?
-- Розели там же. где и мама, в этом ты можешь быть уверена. -- сказал Сеппи.
Они выбежали на двор и нашли Белло исступленно лающего на Нэнни, которая уже блаженствовала на морковной грядке, совершенно не собираясь покидать ее, несмотря на то, что собака хватала ее за задние ноги, зная, что козам вовсе не место быть в саду.