-- Совершенную правду. А вам что надо? -- несколько свысока спросил Панаев.
-- Да я... я приехал к родственнику, владельцу хутора... Оказывается, он уехал... Я военный врач, спешу в Севастополь, думал остановиться у брата... Теперь, конечно...
-- Да вы, батенька, не стесняйтесь, -- покровительственно сказал Веригин. -- Князь никого не желает стеснять. Найду я место и для вас. Милости просим.
-- Благодарю вас... Позвольте отрекомендоваться: врач Алексеев...
-- Очень приятно. Я доложу князю, -- сказал Панаев. -- Князь велел всем вновь прибывшим врачам представляться ему лично.
-- Помилуйте. Но я весь в пыли... Мне совестно...
-- Это ничего, -- авторитетно сказал Веригин, подмигивая Грейгу, так как доктор показался ему [140] смешным чудаком, над которым следует потешиться. -- Пускай князь проберет его по-своему, -- шепнул Веригин на ухо Панаеву.
Князю доложили, и доктор был немедленно позван в спальню. Через полчаса он вернулся оттуда красный и вспотевший, как из бани.
-- Ну что? Ну что? -- приставали к нему адъютанты.
-- Удивляюсь! Откуда светлейший так знает медицину, -- говорил доктор, вытирая потный лоб. -- Я на выпускном экзамене не подвергался такому строгому испытанию, как теперь... Чего только не спрашивал князь!