-- Не бойтесь, я только пошутил, Луиза Карловна прекрасная женщина. Барышни воспитывались в одесском институте и говорят по-русски и по-французски весьма изрядно. Да и отец их только потому похож на немца, что из всех газет, кроме "Русского инвалида", читает "Bombardier", немецкую газетку, издаваемую, кажется, в Риге, специально для живущих в России немецких колонистов... Да вы поскорее знакомьтесь: если верить английским газетам, наш флот не сегодня-завтра отплывет из Севастополя.
-- Да и у нас поговаривают, -- сказал Лихачев, тщетно стараясь закрутить свои едва заметные усы. -- Но ведь война еще не объявлена, да, пожалуй, так и не объявят. Что-то давно толкуют о войне, а между тем слухи не оправдываются. А жаль! Мы бы показали себя не только туркам, но и англичанам.
-- О турках не стану спорить, они плохие моряки, -- заметил граф. -- Но с англичанами я не желал бы вам встретиться.
-- Вы известный англоман, граф. Вот уж на что наш Владимир Алексеевич, как он строг и к нам, и к самому себе, а я недавно слышал его резкие замечания об английском флоте.
-- Не знаю... Я бываю у Корниловых чуть ли не каждый день и не раз слышал от адмирала слова: "Неуважение к врагу доказывает неуважение к самому себе". Эти слова не мешало бы помнить большинству наших молодых офицеров.
-- Да ведь как бы вам сказать, -- смущенно ответил Лихачев. -- Конечно, англичане отличные моряки, но поверьте, что и мы не посрамим земли Русской... Ах, посмотрите, какая хорошенькая! -- вдруг сказал он, совершенно забыв о предмете разговора, так поразила его дама, шедшая под руку с артиллерийским офицером.
-- Это Хлапонина, под руку с мужем. Новобрачные, медовый месяц справляют. Я с ними несколько знаком, -- сказал Татищев, приложивший руку к козырьку при приближении офицера. Дама поклонилась и улыбнулась ему. -- Он, говорят, скоро получит батарею, -- добавил граф, когда счастливая парочка удалилась. -- Способный офицер!
-- Какой вы счастливец, у вас столько знакомых, и все хорошенькие дамы и девицы. Так познакомьте меня хоть с этими Минденами, а то, право, здесь пропадешь со скуки...
II
Генерал Минден недавно поселился в Севастополе. В обществе было немало толков по поводу его приезда, так как все знали, что бывший комендант Н-ской крепости уже несколько лет состоит под судом по знаменитому делу о ловле сельдей. За исключением двух-трех его личных врагов, все относились к Миндену как к человеку, невинно пострадавшему. Семья генерала вскоре приобрела в Севастополе обширный круг знакомства, особенно среди молодежи, ухаживавшей за хорошенькими дочерями генерала, недавно вышедшими из института.