Весть о ране, полученной Нахимовым, мгновенно разнеслась по всему Севастополю. Все видели, как провели лошадь Павла Степановича, как проскакали его адъютанты. Одни говорили -- ранен, другие -- убит.
Лейтенант Лихачев находился в это время по поручению начальства у Графской. Народ бежал по Екатерининской улице, ожидая, что адмирала повезут с Малахова домой. Лихачеву кто-то сказал, что раненого отвезли в Михайловскую батарею. Лейтенант бросился туда, прямо к старшему офицеру, которого нашел во дворе, в толпе офицеров и матросов.
-- Слышали! -- крикнул Лихачев и по лицам видел, что все знают.
Старший офицер был чудак, любивший поговорить и узнать все обстоятельно.
-- Пойдемте, -- таинственно сказал он Лихачеву. Пошли по длинным лестницам и коридорам. Офицер [517] ввел его в свою комнату, сел в кресло, набил чубук и начал:
-- Да... это точно... у греков и у римлян...
-- Да убирайтесь к черту с вашими греками и римлянами! Где адмирал?
-- Ничего не знаю. Я вас хотел спросить.
-- Что ж вы не сказали!
Лихачев стремглав выбежал и наткнулся на адъютанта Фельдгаузена, который скакал во весь опор.