-- О, Донъ, милый Донъ,-- убѣждала трогательно миссъ Ферхомъ:-- я хочу на нихъ поглядѣть, я хочу видѣть, какъ онѣ кусаются, Донъ; я буду умница. Я хочу видѣть, какъ онѣ кусаются, Донъ, и у меня есть апельсинъ, Донъ.
Мнѣ могутъ возразить, что четырнадцати-лѣтніе мальчики не играютъ обыкновенно съ четырехъ-лѣтними дѣвочками, и это справедливо; но не слѣдуетъ забывать, что мальчикъ Грегемъ няньчился съ дѣвочкой, когда она была еще малюткой. Ему нравилось сначала, что безсловесное дитя радостно улыбалось при видѣ его. Онъ привыкъ носить ее на рукахъ; онъ смотрѣлъ на Алису почти какъ на родную и когда первое слово, какое научилось говорить дитя, было "Донъ", мальчикъ былъ польщенъ столько же, сколько и обрадованъ.
Такимъ образомъ, съ младенческихъ лѣтъ миссъ Ферхомъ привыкла глядѣть на Джонни Грегема какъ на товарища игръ и покровителя. При этомъ у мальчика явилось какое-то чувство собственности надъ ребенкомъ.
-- Мы съ м-съ Чафинчъ выростили ее,-- говаривалъ онъ и ощущалъ такое же удовлетвореніе при этомъ, какое можетъ испытывать мальчикъ, спасшій щенка отъ гибели.
-- Дайте намъ вашъ апельсинъ, миссъ,-- сказалъ мастеръ Грегемъ.
-- Ты хочешь съѣсть его, Донъ?-- спросило дитя не безъ опасенія.
-- Вы еще не подарили мнѣ его, миссъ, а потому я не знаю,-- отвѣчалъ мальчикъ загадочно.-- Я думалъ, что вы мнѣ его подарите,-- прибавилъ онъ съ улыбкой.
-- Неужели ты хочешь взять весь апельсинъ, Донъ? О, Донъ! какой ты жадный!
-- Мальчики всѣ жадные, миссъ,-- отвѣчалъ ея покровитель,-- и если вы дѣйствительно меня любите, то подарите мнѣ его.
И онъ протянулъ руку.