Закон моей игры...
Здесь есть великое дерзновение, великое преклонение перед человеком, для которого мир и жизнь представляется чем-то ненужным, враждебным и безбожным.
А земная пустыня -- пуста!
Это самоутверждение позабытого богом человека, и потому оно нам всем так дорого и близко.
Что мы служим молебны
И пред Господом ладан кадим,
Позабытые Богом своим.
В миротканной порфире,
Осененный покровами сил,
Позабыл он о мире