Очима...
И так долго, долго, с какой-то беспощадной настойчивостью. Все удивленно переглянулись. Кой-кто улыбнулся, а молодой поэт, не смущаясь, так и сыпал:
Барыба, Барыба, Ярила, Ярила.
После торжественно-простых, чеканных стихов Брюсова -- Приходи путем знакомым, где чувствовалось процветание формы и увядание жизни, -- грубые, точно топором рубленые, гимны Яриле ошарашили не легко удивляющихся слушателей...
На "средах" Иванова Городецкий обосновался прочно и вскоре выпустил томик стихов "Ярь". Тогда "мистические анархисты" были в моде, и Городецкий приобрел популярность. Он действовал в студенческом кружке "молодых", в табачных лавочках продавались открытки с его портретом, а в "Литературном альманахе" появилась его автобиография, где Городецкий писал про себя: "На "средах" Иванова я приобрел первую аудиторию. Мой голос, чуждый декадентской уединенности, совпал со стремлениями этого кружка и вступил в хор идей, известных под именем "мистического анархизма"".
Мне не пришлось видаться с Городецким в эпоху его "славы" -- меня не было в России, -- и встретились мы вновь уже не особенно давно, когда шум, поднятый вокруг мифотворцев, улегся, когда весь этот литературный ажиотаж кончился крахом. Поэты как-то присмирели, стали подводить итоги старому, готовиться к будущему, многие исчезли, как хвостатые кометы.
Городецкий остался. Издал небольшую книжечку "Русь", а теперь приступил к печатанию "собрания сочинений" и выпустил первый том -- "Ярь" [Сергей Городецкий. Собрание стихов. Т. I. Ярь. СПб. 1909.].
Такие преждевременные итоги могут показаться странными. Городецкий -- весь в будущем. Виданное ли дело, чтоб двадцатилетние юноши издавали "собрания" своих сочинений? У Городецкого есть извинение.
Начало его литературной деятельности совпало с крупными историческими событиями, и понятно, что, когда события промчались как сон, когда Волга-матушка вспять побежала, Городецкий почувствовал, что первый этап по пути творчества сделан, наступил перелом, что можно подвести итоги.
Первый том получил какой-то двойственный облик. Здесь чувствуется безвозвратное прошлое. Точно умудренный старец вспоминает юность...