И долго на свете томилась она,
Желанием чудным полна...
Теперь, когда Мореас умер, как античный мудрец, теперь, когда ни одно кафе Парижа не увидит этой характерной фигуры в цилиндре, -- особенно ясно чувствуешь его бессмертную душу. Она вся тянулась к прекрасному и предпочитала пребывать в последнем внешнем уродстве, лишь бы не предать свое внутреннее, лишь бы не увлечься скучными песнями земли.
Впервые опубликовано: Русское слово. 1910. 31 марта (13 апреля). No 73. С. 2.