Но теперь эту упрощенную схему, эту легенду, созданную друзьями Пушкина, надо бросить.
Положение Пушкина в последний год его жизни было отчаянное; если присмотреться к нему, -- покажется, что поэт как бы сознательно шел навстречу катастрофе, искал разрешения трагедии.
Б.Л. Модзалевский внимательно изучил архив опеки над детьми и имуществом Пушкина.
Прочитывая дело опеки, видишь, в каких тисках был Пушкин в последние годы жизни, насколько тяжело и безвыходно было его материальное положение. После Пушкина осталось полтораста тысяч долга. И кому только он не был должен. Лавочникам, камердинеру, дровянику, ресторатору, ростовщикам. Дело доходило до того, что Пушкину пришлось заложить чужое серебро. Знаменитая морошка, которую он ел перед самой смертью (см. описание Жуковского), осталась также неоплаченной, и в опеку был представлен счет из лавки: "29 января отпущено 2 1/2, ф. моченой морошки, ценою 2 р.".
3 октября 1836 г. Плещеев пишет Пушкину: "Время тебе рассчитаться со мною, Александр Сергеевич".
В начале 1837 г. Пушкин отвечает какому-то Карадыкину: "Вы застали меня врасплох, без гроша денег. Виноват, сейчас еду по моим должникам собирать недоимки..." А 8 января пишет Скобельцыну: "Не можете ли вы дать мне взаймы на три месяца или достать мне три тысячи рублей".
Жуковский в том же письме (о последних днях жизни Пушкина) передает трогательную подробность: когда поэт узнал, что жизнь его в опасности, он, лежа в кабинете на диване, посмотрел на свою библиотеку и сказал: "Прощайте, друзья!"
Благодаря энергии Пушкинской комиссии в 1900 г. библиотека Пушкина перевезена из имения сына поэта, Александра, в Академию наук. Она, конечно, разрознена, однако напечатанный трудами Б.Л. Модзалевского каталог ее занимает боле четырехсот страниц убористой печати.
Пушкин действительно любил книги и не мог без них жить.
Но и за них Пушкин остался должен. В только что вышедшем третьем томе его переписки напечатаны письма книгопродавца Беллизара. Первое, от августа 1835 г. -- еще довольно вежливое. Второе, от 24 марта 1836 г., -- уже резко-настойчивое. Книгопродавец упрекал своего клиента, что тот не оплатил счета 1834 года. И только опека удовлетворила претензии Беллизара.