Им предложили поступить на службу в Дальлес: там нужны конюхи. Они не хотят быть конюхами в Дальлесе: их прислали строить национальное государство. Они хотят быть трактористами в национальном государстве. Или пусть дадут им деньги на обратный путь.
— Эти люди вернутся домой и будут проклинать Биробиджан, — шепнул мне товарищ, сидевший рядом со мной. — Но кто здесь виноват — Биробиджан или безголовье? Впрочем, они жертвы только одной из разновидностей головотяпства провинциальных Озетов. Разновидностей много. Еще увидите.
Повидимому, разновидностей головотяпства и впрямь немало.
Вошел коротконогий пожилой еврей в порыжелом пиджаке.
— Почему вы сидите второй месяц в бараке?
— Мне плохо, — ответил еврей, — и моя жена хочет моей смерти, зачем я привез ее сюда. Потому что я жестяник, — добавил он после маленькой паузы и пояснил — жестяником я могу быть дома. Сюда я приехал, потому что мне обещали землю и хозяйство, а я ничего не вижу. Говорят, там, где будет мой участок, там теперь болото, и туда нельзя проехать.
Все молчали. Еврей продолжал:
— Зачем меня привезли сюда? Я хочу домой и я хочу корову.
Сказав это, он большим и указательным пальцами медленно отер нижнюю губу и сел: он кончил. Он подождет, пока приведут корову.
Никто не знал, что с ним делать: земельные фонды действительно не подготовлены, и девать этого человека действительно некуда. Прошлогодняя беда продолжается.