Маркъ Антонію Колонна подвели бѣлую лошадь съ красными сѣдломъ и уздечкой вышитыми золотомъ. Онъ былъ одѣтъ въ куртку изъ легкой золотой ткани, на плечахъ былъ наброшенъ плащъ, подбитый соболемъ, въ испанскихъ брюкахъ изъ черной шелковой матеріи съ буфами, въ чулкахъ чернаго и желтаго цвѣтовъ и черной бархатной шляпѣ съ бѣлыми перьями, приколотыми большой жемчужной пряжкой. Встрѣтившіе его за воротами города провожали въ слѣдующемъ порядкѣ. Впереди ѣхала группа трубачей, затѣмъ представители римскаго цеха, всѣ въ новыхъ одеждахъ, дѣлившіеся по ремеслу на отдѣльныя группы, каждая съ своимъ знаменемъ; затѣмъ, шли отряды стрѣлковъ, копьеносцевъ и мушкетеровъ, Всѣ они были одѣты въ бархатъ и шелкъ яркихъ цвѣтовъ въ стальныхъ каскахъ съ голубыми флагами въ рукахъ. Рядомъ съ Маркой Антоніемъ Колонна шли пажи въ роскошныхъ одеждахъ. Позади всѣхъ шла толпа плѣнныхъ турокъ, закованыхъ въ желѣзо, съ опущенными внизъ турецкими знаменами; одежда на плѣнныхъ была двухъ цвѣтовъ: красная и желтая. Партію плѣнныхъ конвоировалъ отрядъ солдатъ. Потомъ слѣдовали римскіе вельможи, сановники папскаго двора, маршалы римскаго народа въ голубыхъ плащахъ, пажи изъ народа въ зеленыхъ и лиловыхъ курткахъ, затѣмъ несли городской штандартъ съ шелковой и золотой бахрамой.
Такимъ образомъ, знаменитый побѣдитель турокъ въѣхалъ въ городъ. Вскорѣ кортежъ вступилъ въ Комнидомо; террасы и окна дворцовъ были украшены отнятыми у непріятеля знаменами. Балконы были полны роскошно разодѣтыми дамами и кавалерами. Звонъ колоколовъ, звукъ военной музыки, ружейные залпы, восторженные крики народа, сливались въ одинъ оглушительный гулъ общаго торжества.
Отсюда Маркъ Антоніо Колонна отправился въ Ватиканъ. Въ соборѣ онъ принесъ благодарность Богу за дарованную побѣду надъ невѣрными, послѣ чего его пригласили къ папѣ въ консисторію. Римскій первосвященникъ, окруженный кардиналами и придворной свитой, давая пастырское благословеніе Колоннѣ, любезно привѣтствовалъ его и благодарилъ за удачное исполненіе возложенной на него святой миссіи.
Вечеромъ городъ былъ роскошно иллюминованъ, для народа повсюду устроены были даровые концерты и всѣхъ безъ исключенія гражданъ угощали безплатно.
Битва при Лепанто заняла видную страницу въ исторіи. Повсемѣстно въ Италіи, Испаніи, и даже въ цѣломъ католическомъ мірѣ, устроивались празднества въ честь знаменитой побѣды, одержанной христіанами надъ турками. Всѣ были убѣждены, что съ наступленіемъ новаго года христіане возобновятъ борьбу съ турками и что цѣною новыхъ побѣдъ удастся совершенно уничтожить могущество отомановъ. Но эта всеобщая надежда, какъ извѣстно, не осуществилась. Испанскій король Филиппъ II, этотъ деспотъ изъ деспотовъ, вѣчно завидовавшій венеціанцамъ, не допустилъ вторично собранія лиги христіанъ.
Король и его приближенные не были довольны донъ Джіованни, утверждая, что побѣда надъ турками при Лепанто была въ ущербъ могуществу Испаніи и лишь послужила интересамъ чужеземцевъ.
XX.
Дуэль.
Послѣ битвы при Лепанто, Паоло Джіордано Орисини представилъ донъ Джіованни Австрійскому молодого Торелло Торелли и сообщилъ, что онъ не только храбро сражался въ продолженіе цѣлаго дня, но даже спасъ ему, Орсини, жизнь и способствовалъ "Грифонѣ завладѣть двумя непріятельскими кораблями. Главнокомандующій христіанской лиги осыпалъ похвалами молодого человѣка и посвятилъ его въ званіе рыцаря.
Паоло Джіордано Орсини въ свою очередь горячо благодарилъ Торелло за оказанную имъ услугу и предложилъ щедрые подарки; но юноша деликатно отклонилъ ихъ. Въ день посвященія Торелло въ санъ рыцаря, герцогъ Браччіано собственноручно опоясалъ его шпагой съ золотой рукояткой. Отъ этого подарка вновь посвященный рыцарь отказаться не могъ. При раставаньи, Орсини вручилъ ему письма: къ герцогамъ Козимо, Франческо и къ своей женѣ Изабеллѣ. Въ письмахъ Паоло Джіордано писалъ, что хотя ему и извѣстно, что Торелло пользуется всеобщей любовью при флорентинскомъ дворѣ, тѣмъ не менѣе онъ, Паоло Джіордано Орсини, считаетъ своимъ долгомъ сообщить, какъ много онъ обязанъ молодому рыцарю. Затѣмъ въ письмахъ слѣдовало подробное описаніе подвига Торелло и его необыкновенной храбрости, говорилось, какъ онъ спасъ ему жизнь и способствовалъ побѣдѣ "Грифоны" въ битвѣ при Лепанто. Прощаясь съ молодымъ человѣкомъ, Орсини горячо его обнялъ, просилъ отнынѣ считать его своимъ преданнымъ другомъ и обращаться къ нему за всякимъ дѣломъ.