Нѣтъ, слова герцога были вполнѣ искренни. Бывали минуты, когда онъ колебался привести въ исполненіе задуманный имъ адскій планъ. Прелестный образъ жены возбуждалъ въ его суровой душѣ нѣчто въ родѣ раскаянія. Онъ упрекалъ себя въ томъ, что до сихъ поръ такъ мало цѣнилъ Изабеллу. Рисуя себѣ картину счастливаго будущаго въ объятіяхъ красавицы жены, герцогъ забывалъ всѣ оскорбленія, которыя она ему нанесла. Онъ желалъ продлить эту дружескую бесѣду, отгоняя отъ себя мысленно все остальное. Между тѣмъ время шло, ночь уже давно настала. Изабелла, страшно утомившись послѣ дороги и всѣхъ треволненій въ продолженіе дня, просила позволенія супруга уйти въ свою комнату.
-- Если вы позволите, завтра мы увидимся,-- сказала она.
-- Завтра?-- переспросилъ герцогъ, точно пробудившись отъ сна.
Изабелла простилась съ мужемъ и пошла въ свои апартаменты.
Пажи съ зажженными факелами освѣщали ей путь. При входѣ въ свою комнату Изабелла встрѣтила Лукрецію Фрескобальди и камеристокъ, которыя должны были раздѣвать герцогиню. Но она сдѣлала имъ знакъ и осталась вдвоемъ съ Лукреціей.
-- Несчастная я!..-- вскричала Изабелла, падая на диванъ.
Фрескобальди старалась успокоить герцогиню, сколько могла.
Но ничего не помогало. Убитая горемъ, томимая страшнымъ предчувствіемъ, Изабелла ломала руки, тяжело вздыхала и твердила, что она -- несчастная...
Между тѣмъ Паоло Джіордано отправился на свою половину. Медленно шелъ онъ, не поднимая головы, какъ человѣкъ погруженный въ глубокую думу. Въ спальнѣ его встрѣтилъ Джіованнино.
-- Я приготовилъ то, что вы мнѣ изволили приказать, синьоръ герцогъ,-- сказалъ онъ шопотомъ.