Можно себѣ представить какая борьба чувствъ происходила въ душѣ герцогини Элеоноры. Ей казалось, что на этихъ простертыхъ къ ней рукахъ сына она видитъ кровь. Но ее молилъ милый сынъ Гарціа, котораго она не переставала любить. Какъ устоять матери противъ слезъ и мольбы любимаго дѣтища. Вѣдь онъ раскаялся, страдаетъ и проситъ пощадить его. Конечно, герцогиня Элеонора дала согласіе и Гарціа явился, упалъ къ ея ногамъ и молилъ о прощеніи. Мать все забыла, обнимая дорогого своего сына. Она не хотѣла его пустить обратно, ей казалось, что для Гарціа не можетъ быть болѣе безопаснаго убѣжища, какъ комнаты нѣжно любящей его матери. Она помѣстила сына въ одной изъ маленькихъ комнатъ, замаскировавъ ее молельней. Туда герцогъ не могъ пройти. Добрая, любящая мать надѣялась впослѣдствіи вымолить прощеніе у суроваго Козимо, болѣе несчастному, чѣмъ преступному сыну.
Когда вернулся Козимо изъ Ливорно, герцогиня начала дѣйствовать. Она описала горькую участь ихъ сына Гарціа, защищала его, стараясь доказать, что это печальное событіе произошло отъ несчастной случайности и умоляла мужа простить сына, глубоко раскаявшагося въ своемъ поступкѣ. Элеонора была увѣрена, что Козимо не заставитъ ее, убитую горемъ отъ потери одного сына, страдать за участь другого, изгнаннаго, бездомнаго, подвергающагося всевозможнымъ опасностямъ. Она настаивала на томъ, что Гарціа искренно раскаялся и страдаетъ, а потому заслуживаетъ болѣе сожалѣнія, чѣмъ наказанія.
Нѣкоторое время герцогъ Козимо хранилъ молчаніе и ничего не отвѣчалъ. Трудно было разгадать его мысли и намѣренія. Наконецъ, онъ сказалъ:
-- Если Гарціа въ самомъ дѣлѣ раскаялся, то зачѣмъ же онъ скрывается отъ меня? Отчего не явится просить прощенія у отца?
-- Онъ боится вашего гнѣва,-- отвѣчала Элеонора.-- Еслибы онъ смѣлъ надѣяться на ваше милостивое снисхожденіе, онъ бы давно былъ у вашихъ ногъ.
-- Вамъ извѣстны его мысли? Значитъ вы тайно съ нимъ переписываетесь, знаете его мѣсто пребыванія, гдѣ онъ прячется; вы поэтому способствуете ему скрываться отъ справедливаго гнѣва отца?
-- Да вѣдь я же мать ему!
-- Скажите мнѣ, гдѣ онъ. Я хочу это знать.
-- Нѣтъ я вамъ ничего не скажу, пока вы мнѣ не обѣщаете простить его.
-- Простить его! Да вѣдь онъ убійца моего сына.