И мы расположились на последнюю нашу ночевку перед решительным боем. Может быть, последнюю ночевку для большинства из нас.
Костры горели ярко — я никогда не видал таких ярких костров, как в ту ночь. Я у костра отчерчивал сегодняшний путь на карте, когда Суси встал и пошел от рыбачьих хижин.
— Куда он? — спросил я у сидевшего рядом со мной Хейконена.
— Завтра утром — решающая операция. Товарищ Суси сам пошел в разведку.
Пленный сынок торговца из Финляндии тем временем совсем разошелся:
— Зачем я пошел в армию и сюда в Карелию? А потому, что с детства еще очень люблю командовать, я хочу офицером стать.
Другой пленный — студент — смотрел на краснобая с нескрываемым презрением.
— На нашу голову офицером стать захотел! — хмуро вставил пленный, мобилизованный лахтарями, уроженец Конец-острова.
— Тоже человек! — сказал бородач, обращаясь к Тойво. — Неделю назад, когда некоторые ребята наши сказали, что не хотят драться с красными, как собака, перед строем забегал, маузер вытащил и вопил: «Всех расстреляю!»
Сын торговца, слушая эти слова, даже съежился немного.