А как же иначе? С чего бы стал понамарь в такую рань, в мороз тревожить себя? Мы открыты.
— Посты у них тут во всяком случае лучше, чем в Реболах, — криво усмехнулся Лейно.
Яскелайнен поставил пулемет на снег у плетня.
Шагах в пятидесяти-шестидесяти от нас шагал отряд примерно человек в двадцать.
Нас было семь.
Я оглянулся и посмотрел на склон, по которому минут пять назад скатывалось наше отделение.
Сейчас развернутой шеренгой, словно на спортивном параде, шестьдесят человек в белых балахонах скатывались вниз по горе, держа ровные интервалы.
Было приятно смотреть на такой спуск, и никто из них не только не свалился, но даже не накренился.
Впереди летели Хейконен и Антикайнен.
И опять послышалось в тишине морозного утра сухое щелкание затворов.