— Вот и я тоже! — подхватил священнослужитель. — Первые дни жары невероятно расслабляют, правда? Ну да ничего не поделаешь! Мы рождены для того, чтобы страдать, — так нас учит апостол Павел. А как смотрит на ваше самочувствие господин Бовари?
— Никак! — презрительно поведя плечами, ответила Эмма.
— Да неужели? — в полном изумлении воскликнул простодушный священник. — Он вам ничего не прописывает?
— Ах, я в его лекарствах не нуждаюсь! — молвила Эмма.
Священник между тем все поглядывал, что делают в церкви мальчишки, а мальчишки, стоя на коленях, толкали друг Друга плечом и потом вдруг падали, как карточные домики.
— Мне важно знать… — снова заговорила Эмма.
— Погоди, погоди, Наблудэ! Я тебе уши нарву, сорванец! — сердито крикнул "священник и обратился к Эмме: — Это сын плотника Будэ. Родители у него зажиточные, вот они его и балуют. А так малый способный, был бы хорошим учеником, если б не лень. Я иногда в шутку называю его Наблудэ, Ха-ха-ха! Вечно он что-нибудь наблудит, напроказит… Недавно я рассказал про это владыке, так он посмеялся… изволил смеяться… Ну, а как господин Бовари поживает?
Эмма, видимо, не слушала его.
— Наверно, как всегда, в трудах! — продолжал священник. — Мы ведь с ним самые занятые люди во всем приходе. Но только он врачует тело, а я — душу! — с раскатистым смехом добавил он.
Эмма подняла на него умоляющий взор.