Я же легка и радостна. Я открываю людямъ ослѣпительныя перспективы съ воздушными замками и отдаленнымъ счастьемъ. Я лью имъ въ душу вѣчное безуміе, проекты счастья, планы будущаго, мечты о славѣ и клятвы любви и добродѣтельныя рѣшенія.
Я подстрекаю въ опаснымъ путешествіямъ и великимъ предпріятіямъ. Я изсѣкла своими лапами жемчужины архитектуры. Это я повѣсила колокольчики на могилѣ Порсенны и опоясала стѣной коринѳской мѣди набережныя Атлантиды.
Я ищу новыхъ благоуханій, болѣе пышныхъ цвѣтовъ, неиспытанныхъ удовольствій. Когда я вижу гдѣ-нибудь человѣка, умъ котораго дремлетъ въ мудрости, я кидаюсь на него и удушаіо его.
СФИНКСЪ.
Всѣхъ тѣхъ, кого мучаетъ жажда Бога, всѣхъ я пожралъ.
Сильнѣйшіе, чтобы вскарабкаться на мой царственный лобъ, восходятъ по складкамъ моихъ повязокъ какъ по ступенямъ лѣстницы. Усталость охватываетъ ихъ; и они падаютъ навзничь.
Антоній начинаетъ трепетать.
Передъ нимъ теперь нѣтъ хижины, онъ въ пустынѣ,-- и съ обѣихъ его сторонъ эти чудовищные звѣри, пасти которыхъ касаются его плечъ.
СФИНКСЪ.
О, Мечта, унеси меня на своихъ крыльяхъ, чтобы развѣять мою печаль!