-- Много, государь!
Но молодой король, который слѣдилъ глазами за движеніями камердинера, увидѣвъ въ окно, что все поле побѣлѣло, и прекрасныя деревья Венсенскаго замка стояли, какъ напудренныя, вскричалъ:
-- Какая радость! Подыми меня скорѣй, Контуа! Скорѣй, скорѣй одѣвай меня! Ну, проворнѣй, Контуа!
-- Почему вашему величеству хочется встать такъ рано? сказалъ Контуа, садясь спокойно въ свои кресла
-- Развѣ ты не знаешь, Контуа, что нынѣшнимъ утромъ мнѣ должно дать большое сраженіе, и я ручаюсь, что непріятель уже подъ ружьемъ. Мнѣ не хотѣлось бы, чтобъ онъ предупредилъ меня...
-- Государь! непріятель спитъ; дѣлайте и вы то же.
-- Спать въ день битвы! Ventre-saintgris! какъ говоритъ мой двоюродный братъ, герцогъ Орлеанскій; да этого никогда не видано. Подыми же меня, Контуа! сказалъ дитя, ворочаясь на своей постели.
-- Успокойтесь, государь, и будьте благоразумнѣе. Г-жа Вантадуръ запретила мнѣ подымать васъ такъ рано.
-- А я Людовикъ XV, король французскій, тебѣ приказываю....
-- Ваше величество поймете...