-- Съ кѣмъ ты прощаешься? спросили солдаты смѣясь.
-- Съ собою, сказалъ онъ, потому что если я возвращусь, то уже не буду ни ребенкомъ, ни бѣднякомъ.
И Гильемъ сдержалъ свое слово, любезныя дѣти! У того, который его взялъ къ себѣ, былъ братъ по имени Кеснонъ, бывшій ректоромъ Варшавской Коллегіи. Онъ съ удовольствіемъ взялъ на себя воспитаніе ребенка, который такъ много обѣщалъ. Когда ему исполнилось двѣнадцать лѣтъ, его отвезли въ Парижъ и помѣстили въ Лавальманьякскую Коллегію. Здѣсь этотъ ребенокъ, при ево4 ихъ необыкновенныхъ способностяхъ, занимался съ такимъ прилежаніемъ, что въ скоромъ времени могъ явиться на экзаменъ. Одаренный умомъ и тою твердою волею, которая преодолѣваетъ всѣ препятствія, Гильемъ Дюпюитренъ съ отличіемъ окончилъ курсъ ученія. Во время преобразованія Ecole de Sant é въ 1795 году, онъ сдѣланъ былъ прозекторомъ, а въ 1802 году получилъ званіе втораго хирурга въ H ô tel-Dieu.
Съ тѣхъ поръ его дарованія развивались болѣе и болѣе, и пріобрѣтали ему славу. Врачуя бѣднаго и богатаго, онъ цѣнилъ признательность бѣднаго выше золота. Многіе случаи изъ его жизни доказали, что человѣкъ съ отличными дарованіями соединяетъ всегда благородную и возвышенную душу съ добротою сердца. Не говоря уже о благодѣяніяхъ, которыми онъ осыпалъ свое семейство (потому что это были не благодѣянія, а священная обязанность, имъ исполняемая), онъ, находясь въ должности главнаго хирурга въ H ô tel-Dieu, полученной имъ въ 1815 году, оказалъ слѣдующій трогательный поступокъ.
Предмѣстникъ его, г. Пкллетанъ, былъ очень бѣденъ и, лишившись должности, не имѣлъ средствъ содержать себя; Дюпюитревъ, бывшій тогда очень молодъ и совсѣмъ не богатъ, упросилъ, чтобъ начальство больницы выдавало Пеллетану по-прежнему жалованье главнаго хирурга, которое тотъ и получалъ до самой своей смерти. Пока Дюпюитренъ былъ живъ, его таланты, жизнь, богатство были готовы для тѣхъ, которые имѣли въ нихъ нужду. Среди своихъ важныхъ занятій, онъ находилъ особенное удовольствіе любоваться дѣтскимъ возрастомъ; онъ очень любилъ дѣтей, и трогательно было видѣть, какъ этотъ человѣкъ, съ важностію сидя въ креслахъ у постели больнаго, слушая его со внимательнымъ добродушіемъ и ободряя высказать себѣ все, бралъ дѣтей на колѣни, позволялъ имъ играть своей цѣпочкой, часами и даже волосами. Онъ любилъ помогать дѣтямъ, потому что ему помогли тогда, когда онъ былъ ребенкомъ, и всегда съ удовольствіемъ вспоминалъ о своемъ дѣтствѣ.
Вспомните, любезныя дѣти, что Гильемъ имѣлъ родителей, хотя и честныхъ, но бѣдныхъ, и безъ желанія выучиться читать могъ бы остаться бѣднякомъ на всю жизнь. Этотъ ребенокъ, который всѣмъ обязанъ былъ себѣ, сдѣлался потомъ барономъ Дюпюитреномъ, профессоромъ медицины въ Парижскомъ медицинскомъ факультетѣ, главнымъ хирургомъ въ H ô tel Dieu, членомъ института, кавалеромъ ордена Св. Михаила и Русскаго ордена Св. Владиміра.
Этотъ человѣкъ умеръ; но слава его будетъ жить вѣчно и докажетъ вамъ, любезныя дѣти, что не довольно имѣть богатыхъ родителей, чтобъ успѣть въ свѣтѣ, и что чѣмъ ниже состояніе, въ которомъ кто находился, тѣмъ славнѣе возвыситься изъ онаго однѣми своими достоинствами.
АНДРЕЙ ЭРНЕСТЪ.-- МОДЕСТЪ ГРЕТРИ, МУЗЫКАНТЪ.
I.