-- То, что мнѣ ныньче за ваши часы досталось, папенька!
-- Развѣ они невѣрно бьютъ? спросилъ старый музыкантъ.
-- Хорошо, еслибъ только и было! сказалъ дитя, вздыхая.
-- Въ самомъ дѣлѣ, ребенокъ что-то разстроенъ, примолвилъ дѣдушка.
-- Скажите лучше, что ваши чаеы разстроены, дѣдушка!
-- Я готова биться объ закладъ, что ты сегодня былъ наказанъ, мой бѣдный Андрей, сказала ему мать, смотря на него съ нѣжностію и безпокойствомъ.
-- И всему виною ваши часы, маменька!
Старый дѣдушка отвѣчалъ съ важнымъ и нѣсколько насмѣшливымъ видомъ: Мы очень хорошо знаемъ, Андрей, что если тебя наказываютъ, то всегда за другихъ: всегда или за сосѣда или за сосѣдку, или за время; иногда выпадетъ слишкомъ много или слишкомъ мало снѣгу; иногда идетъ дождь; иногда солнце слишкомъ палитъ; часто бываетъ виновато то или другое; сегодня вина пала на часы. Вѣдь они отстаютъ, не правда ли?
-- Отстаютъ, по крайней мѣрѣ, часомъ дѣдушка!
-- Завтра они уйдутъ впередъ, и это будетъ новымъ извиненіемъ, столь-же хорошимъ, какъ сегодняшнее.