-- У меня ныньче сварили супъ съ курицею; не хочешь ли отвѣдать его вмѣстѣ съ нами? Такъ приходи безъ церемоніи ровно въ полдень; мы станемъ дожидаться; я не прощаюсь съ тобою, Бертранъ!
-- Прощай, Грезъ.
И двое друзей разстались.
Сходя съ лѣстницы, Бертранъ увидѣлъ въ широкомъ и просторномъ корридорѣ, который выходилъ на улицу, мальчика лѣтъ двѣнадцати. Онъ, стоя съ большой палкою, къ концу которой привязанъ былъ кусокъ угля, чертилъ на стѣнѣ, недавно выбѣленной.
Вниманіе мальчика было такъ сильно, что онъ тогда только увидѣлъ своего родственника, когда тотъ, ударить его по плечу, сказалъ ему:
-- Ну, что ты дѣлаешь, Батистъ?
-- А! это вы, дядюшка! отвѣчалъ мальчикъ съ досадою, которую старался скрыть. Вы меня испугали.
-- Въ самомъ дѣлѣ? сказалъ Бертранъ, смѣясь.
-- А всего хуже, что отъ этого я испортилъ носъ пастору.
Сказавъ это, ребенокъ въ самомъ дѣлѣ старался поправить носъ, который отъ толчка сдѣлался непомѣрно длиннымъ.