-- Безъ родныхъ, безъ пристанища?
-- Безъ родныхъ, безъ пристанища, сударь, отвѣчалъ мальчикъ, переставъ ѣсть.
-- Бѣдняжка!
-- Отецъ мой былъ офицеромъ въ королевской службѣ; онъ назывался сиръ Вильямсъ Виттингтонъ, умеръ въ бѣдности; а передъ смертью онъ мнѣ сказалъ: Когда я умру, Дикъ, ты поди къ моимъ роднымъ и друзьямъ въ Ланкастерскомъ графствѣ; они о тебѣ позаботятся и дадутъ тебѣ воспитаніе.
-- Ну что жъ? Сдѣлалъ ли ты это? спросилъ у него съ участіемъ купецъ.
-- Я ходилъ къ нимъ ко всѣмъ, но они мнѣ отказали. Тогда я возвратился къ отцу; но дверь его была заперта; я постучался, но мнѣ никто не отворилъ.
-- Что жъ съ тобой сдѣлалось? прервалъ купецъ, тронутый простодушнымъ разсказомъ и нищетою бѣднаго сироты. -- Я слыхалъ о Лондонѣ, о его прекрасныхъ домахъ, каретахъ, богатыхъ лордахъ и леди, которые много тратятъ денегъ. Что жъ, подумалъ, я не очень велась, немного займу мѣста въ большомъ домѣ: такъ навѣрное отведутъ уголокъ и дадутъ чего-нибудь поѣсть сыну бѣднаго офицера королевской службы. Потомъ я отправился въ путь.
-- Пѣшкомъ? спросилъ г-нъ Фицваренъ.
-- Сначала я весь день шелъ пѣшкомъ, но на другой день встрѣтился съ извощикомъ, и попросилъ у него позволенія итти за тѣлегой. Она была такая огромная и колесы то же огромныя, можете себѣ представить. Извощикъ согласился, и даже часто сажалъ меня на кипы товаровъ. Добрый человѣкъ былъ этотъ извощикъ: онъ кормилъ меня до здѣшняго мѣста и, право, очень хорошо. Я также дѣлалъ все, чтобъ доставить ему удовольствіе: стерегъ лошадей, когда онъ уходилъ въ кабакъ; смотрѣлъ, чтобъ не бросали въ нихъ камнями; приносилъ имъ пить, давалъ овса; но вотъ уже недѣля, какъ я съ нимъ разстался. Извощикъ поѣхалъ далѣе, а я остался въ Лондонѣ.
-- Что жъ ты тамъ дѣлалъ въ теченіе недѣли? спросилъ Фицваренъ.