-- Да, сударь, и добрый джентльменъ какой только....
-- Приходилъ кто-нибудь навѣстить меня?
-- Мистеръ Клизероу приходилъ, отвѣчалъ Джекъ.
-- Издатель Цензора?
-- Онъ самый; и я все устроилъ съ нимъ за васъ, объявилъ Джекъ. Забудьте о работѣ, я работаю за васъ.
-- Вы?
-- Да, какъ умѣю. Но вы не должны говорить и не будете, мистеръ Беквисъ. Будьте покойны, дѣла идутъ какъ нельзя лучше. Вамъ остается только принимать лѣкарства, молчать и поправляться.
-- И вы мистеръ Гилль который, который....
-- Надоѣдалъ вамъ своимъ идіотскимъ шумомъ, нѣкогда геній раздора, теперь богъ молчанія. Если вы хотите чтобы вамъ сдѣлалось хуже, такъ говорите сколько вамъ угодно, мистеръ Беквисъ, но чортъ возьми, если вы дождетесь отвѣта отъ меня или отъ Полли, а если Васпа скажетъ хоть слово, я сверну ей голову.
Когда больной заснулъ, Джекъ отправился въ свою квартиру обѣдать. Разборчивая записка, адресованная къ гг. Твикнингу и Ко принесла удивительное облегченіе его больному горлу. Теперь онъ могъ съѣсть котлету и порцію соуса и выпить кружку пива, къ великой радости доброй Полли, которая еще ничего не знала о перемѣнѣ въ его судьбѣ.