Превратность судьбы доказала мистеру Блиссету что надо всегда быть готовымъ встрѣтить какую бы то ни было опасность, а опасности, какъ извѣстно, угрожали ему со всѣхъ сторонъ. Поэтому онъ счелъ нужнымъ сообщить лорду Гильтону о своемъ намѣреніи проводить леди Плесморъ заграницу. Чѣмъ болѣе онъ впутывалъ въ свои дѣла такихъ почтенныхъ людей какъ лордъ Гильтонъ и Чемпіонъ, тѣмъ дѣла его казались проще и правѣе.
Но Милли! Съ какою цѣлью ухаживалъ онъ за Милли? Развѣ онъ не признался откровенно своей женѣ что имѣлъ намѣреніе жениться, но принужденъ былъ отказаться отъ этого намѣренія когда узналъ что она жива? Нѣтъ ничего обманчивѣе откровенности, такой, хочу я сказать, какъ откровенность этого человѣка съ его женой. Онъ совсѣмъ не былъ откровененъ съ ней. Онъ сказалъ ей только то что, по его мнѣнію, надо было сказать чтобы достигнуть цѣли, и его отношенія съ ней были лживы какъ вся его теперешняя жизнь. Онъ не отказался отъ надежды жениться на леди Амеліи Эйльвардъ. Въ ту ночь когда онъ бродилъ по Гендонскимъ долинамъ ему приходили въ голову мысли которыхъ мы не можемъ передать здѣсь. Достаточно сказать что онъ не остановился бы ни предъ какимъ преступленіемъ чтобъ овладѣть ею. Онъ любилъ ее такою любовью которою иногда можно привлечь къ себѣ хорошую женщину, хотя хорошимъ женщинамъ не нравится такая любовь. Бѣдная Милли не могла не страдать отъ оскорбленія нанесеннаго ей маркизомъ, и какъ многія женщины поумнѣе ея, она думала, или безсознательно чувствовала что было бы очень пріятно показать измѣннику что она далеко не безутѣшна. Змѣиные глаза, которыхъ она такъ боялась сначала, не утратили своей силы, но почему-то перестали быть отвратительными. Обладатель ихъ, повидимому, вовсе не подозрѣвалъ какое впечатлѣніе производилъ ими, и былъ попрежнему въ высшей степени внимателенъ и почтителенъ. Поли и Мери были правы. Она дѣйствительно обращалась съ нимъ черезчуръ жестоко. Странно также бояться его, когда одинъ ея взглядъ для него законъ. Однимъ движеніемъ пальца она могла бы заставить его сдѣлать что хотѣла.
Когда во всемъ мірѣ есть только одна пара глазъ взглядъ которыхъ вы любите, сударыня, вамъ непріятно когда другіе глаза устремлены на васъ. Но когда эта пара смотритъ на другую женщину, вамъ все равно кто бы ни смотрѣлъ на васъ, конечно если вы изъ разряда такихъ женщинъ какъ Милли Эйльвардъ, но я надѣюсь что вы не такая. Милли начала спрашивать себя: чѣмъ мистеръ Блиссетъ заслужилъ ея нелюбовь? и минута въ которую она въ первый разъ задала себѣ этотъ вопросъ была для нея роковою минутой.
Я уже сказалъ что Блиссетъ любилъ ее такою любовью какую не цѣнятъ хорошія женщины, а мы, мущины, посѣщающіе судебныя палаты, читающіе газеты и слѣдящіе за тѣмъ что происходитъ вокругъ насъ, знаемъ какого это рода любовь. Тѣмъ изъ насъ которые за грѣхи, по моему мнѣнію, осуждены писать романы приходится слышать что изображенныя нами послѣдствія такой любви неестественны, невозможны и такъ далѣе; и тщетно указываемъ мы на дѣйствительность какою она является судьямъ въ судебной палатѣ. Какъ справедлива пословица которая говоритъ что "правда страшнѣе вымысла." Банкиры поддѣлываютъ государственныя бумаги только въ сенсаціонныхъ романахъ, а сэръ Джонъ Денъ Поль ни чего не дѣлалъ въ Портлендѣ. Мужья отравляютъ женъ только въ романахъ, а извѣстное дѣло доктора Сметарста было миѳъ. Люди никогда не стрѣляютъ другъ въ друга среди бѣлаго дня изъ-за женщинъ, а трагедія въ Портумберландъ-Стритѣ была газетная сказка. Мы, которые пишемъ такого рода книги, изображаемъ человѣческую природу такой какой она кажется намъ; мы судимъ по газетнымъ отчетамъ, вѣримъ что люди не лгутъ подъ присягой судьямъ ея величества и думаемъ что не даромъ же вѣшаютъ и отправляютъ въ ссылку мущинъ и женщинъ. Вы считаете неестественнымъ что такой человѣкъ какъ Абель Блиссетъ надѣялся обмануть ревнива ю жену? Я не прошу васъ ставить себя на его мѣсто, но прошу васъ только вспомнить на какіе поступки рѣшаются подобные ему люди и не забыть что онъ любилъ Милли того рода любовью вслѣдствіе которой люди получше его отправляются на галеры.
Впрочемъ рискъ которому онъ себя подвергалъ былъ вовсе не такъ великъ какъ кажется. Еслибы въ Діеппѣ стало извѣстно что мистеръ Абель Блиссетъ женится на прекрасной дочери лорда Гильтона, какое было бы до этого дѣло леди Плесморъ? Что значитъ для нея мистеръ Абель Блиссетъ? Она не будетъ имѣть возможности возвратиться въ Англію и узнать кто этотъ счастливецъ -- объ этомъ онъ позаботился. Если же случайно откроется кто онъ, то не все ли равно быть повѣшеннымъ за овцу или за ягненка. Все это онъ спокойно обдумалъ, играя хрустальнымъ брелокомъ, что обратилось у него въ привычку при подобныхъ размышленіяхъ.
Онъ проводилъ леди Плесморъ во Францію и помогъ ей водвориться въ прекрасной приморской виллѣ которую она получила въ наслѣдство. Прежній владѣлецъ купилъ ее за десять дней до своей смерти, и даже не видалъ ее. Такъ не прочна наша жизнь!
Обитателямъ Діеппа было все равно кто бы ни поселился въ виллѣ. Англійская леди оказалась charmante, а у Француза этимъ словомъ выражается все.
-- Скучно! воскликнулъ мистеръ Блиссетъ въ отвѣтъ на замѣчаніе бывшей смотрительницы, утромъ въ день назначенный для его отъѣзда въ Лондонъ.-- Нисколько не скучно. Платите за все чистыми деньгами, подпишитесь на два благотворительныхъ дѣла, подружитесь съ англійскимъ священникомъ, примите свысока перваго кто сдѣлаетъ вамъ визитъ, и черезъ мѣсяцъ городъ будетъ у вашихъ ногъ. Скучно здѣсь! Нисколько.
-- Не могу ли я пригласить.... не нанять ли мнѣ какую-нибудь компаньонку? спросила она.
-- Поступайте какъ вамъ угодно, мои милая Гарріета. Только компаніонка должна быть, конечно, иностранка.