РАЗГОВОРЫ О МНОЖЕСТВѢ МІРОВЪ
господина Фонтенелла, парижской академіи секретаря, съ французскаго перевелъ и потребными примѣчаніями изъяснилъ Князь Антіохъ Кантемиръ въ Москвѣ 1730 году.
Знаменитѣйшей Імператорской Академіи Наукъ Санктпетербургской, подъ покровомъ и чрезъ великодушіе Анны Іоанновны, Августѣйшей Імператрицы къ пріумноженію Ея Величества Славы къ пользѣ пространныя Россіи и всего человѣческаго рода цвѣтущей, ВЪ ЗНАКЪ своего благодарства за полученное отъ ея мудрыхъ членовъ воспитаніе и наставленіе, сей переводъ усердно приноситъ и посвящаетъ Князь Антіохъ Кантемиръ.
ПРЕДИСЛОВІЕ КЪ ЧИТАТЕЛЮ.
Книжка сія, какъ скоро отъ господина Феытепелла издана, почти на всѣ языки переведена и отъ разныхъ народовъ съ подобнымъ наслажденіемъ и жадностію читана, къ не малой славѣ сочинителя. Въ ней онъ неподражаемымъ искусствомъ полезное забавному присовокупилъ, изъясняя шутками все, что нужнѣе къ вѣдѣнію въ фисикѣ и астрономіи, такъ что всякому, кто съ прилежаніемъ читать любитъ, изъ нея легко научиться довольной части тѣхъ наукъ. Для того, я чаялъ нашему народу нѣкую услугу показать переводомъ ея на русской языкъ. Трудъ мои былъ не безваженъ, какъ всякому можно признать, разсуждая, сколь введеніе новаго дѣла не легко. Мы до сѣхъ поръ недостаточны въ книгахъ филозофскихъ, потому и въ рѣчахъ, которыя требуются къ, изъясненію тѣхъ наукъ. Слѣдственно уповаю, что согрѣшенія и недостатки перевода, въ разсужденіи трудности моего воспріятія, мнѣ будутъ оставлены.
Приложилъ я къ ней краткія примѣчанія, для изъясненія такъ чужестранныхъ словъ, которыя и не хотя принужденъ былъ употребить, своихъ равносильныхъ не имѣя, какъ и для русскихъ, употребленныхъ въ иномъ разумѣніи, нежели обыкновенно чинится. Въ нихъ же вмѣстилъ нужное историческое извѣстіе особъ, поминаемыхъ въ сихъ разговорахъ, чтобъ читатель имѣлъ всѣ нужные способы для совершеннаго разумѣнія сея книги. Расположилъ я всѣ примѣчанія на каждую рѣчь такъ, что гдѣ оная въ самомъ разговорѣ находится, тамъ же и то на нее на нижнемъ полѣ подъ чертою; а дабы знать примѣчаемое слово, то какъ оно, такъ и примѣчаніе, тѣмъ же однимъ цифирнымъ числомъ означены. И такъ я надѣюся, что въ сихъ примѣчаніяхъ всѣмъ невразумительнымъ словамъ сея книги довольной толкъ сыскаться имѣетъ.
Въ Москвѣ 1730 году.
АВТОРОВО ПРЕДИСЛОВІЕ.
Я теперь нахожусь въ томъ же почти случаѣ, въ которомъ былъ Цицеронъ { Маркъ Туллій Цицеронъ былъ сынъ римскаго всадника изъ поколѣнія короля Тита Сабія. Съ младыхъ лѣтъ рѣчьми своими въ сенатѣ столько прославился, что названъ былъ отцемъ римскаго витійства, и потомъ въ Греціи для лучшаго обученія нѣсколько времени проводилъ. Въ 691 лѣто по созданіи Рима выбранъ въ консулы (чинъ тогда не только знаменитой, но и первый почти въ Республикѣ) и по убіеніи Юлія Кесаря учиненъ тріумвиромъ. Убитъ Антоніевымъ подущеніемъ въ 43 лѣто прежде Христа, въ 64 своего возраста. Онъ первый философическія дѣла на латинскомъ языкѣ издавать началъ, самъ будучи философъ академской секты.}, когда затѣялъ писать на своемъ языкѣ о дѣлахъ философскихъ, бывшихъ до тѣхъ поръ въ употребленіи только на греческомъ. Сказываетъ онъ намъ, что говорили тогда, что его книги будутъ всѣмъ неполезны, для того что любители философіи { Философія. Слово греческое, по русски любомудріе. Симъ генеральнымъ именемъ разумѣется основательное и ясное знаніе дѣлъ естественныхъ и преестественныхъ, которое достается прилежнымъ разсужденіемъ и изслѣдованіемъ о тѣхъ дѣлахъ.
Философія раздѣляется на логику, нравоученіе, фисику и метафисику.