Все въ ней было полно блеска и таинственности. Со времени ея вдовства жизнь ея была мало извѣстна. Она жила въ замкѣ Винчильята одна, располагая цѣлой арміей слугъ. Ее обвиняли, но совершенно бездоказательно, въ многочисленныхъ тайныхъ любовныхъ похожденіяхъ. Такъ какъ она была очень красива, то Медичи не разъ приглашалъ ее на празднества, ужины и охоту, гдѣ она блистала высокомѣрной и равнодушной красотой.
-- Мадопна, вы сіяете, какъ это утро.
Эти слова произнесъ чей-то молодой голосъ, заставившій ее вздрогнуть и выйти изъ своего мечтательнаго настроенія. Сообразивъ, кому принадлежалъ этотъ голосъ, она удостоила улыбнуться въ отвѣтъ.
То былъ Марко Альдобранди.
Какъ не похожъ былъ онъ теперь на того мрачнаго юношу, который годъ тому назадъ блуждалъ въ тоскѣ на площади СантоКроче! Онъ былъ одѣтъ съ такимъ великолѣпіемъ, какъ будто онъ участвовалъ въ какой-нибудь процессіи, а не въ простой охотничьей прогулкѣ. Теперь онъ ничѣмъ не отличался отъ молодыхъ смѣлыхъ красавцевъ, съ которыми дѣти Медичи охотно раздѣляли свои удовольствія. Его отецъ все еще продолжалъ относиться къ Лоренцо недоброжелательно, но не мѣшалъ ему примкнуть къ малому двору. Тамъ его приняли въ высшей степени радушно. Среди всей этой компаніи онъ былъ самымъ веселымъ, самымъ блестящимъ, но и самымъ сумасброднымъ. Никто другой, какъ онъ, выдумывалъ всякія увеселенія. Онъ прожигалъ свою жизнь и постоянно разжигалъ въ себѣ огонь жизнерадостности. Этимъ-то онъ и понравился Нерѣ.
Онъ пустилъ свою лошадь ближе къ ея, такъ что обѣ лошади почти сомкнулись.
-- Нера,-- тихимъ и ласковымъ голосомъ сказалъ Альдобранди:-- вы знаете, что я люблю васъ?
Она снова удостоила его улыбки.
-- Вы мнѣ уже объ этомъ говорили.
-- Отлично. Въ такомъ случаѣ я скажу вамъ это еще разъ. Я буду кричать объ этомъ до тѣхъ поръ, пока вы этому не повѣрите.