-- Это даже... начала Мэри, но Майльсъ перебилъ ее.
-- Молли, я отъ тебя этого не ожидалъ. Развѣ ты не понимаешь, что означаетъ эта хозяйская милость? Вѣдь это значитъ, что мы, семьсотъ рабочихъ, будемъ, какъ нищіе, питаться его милостыней и ничего не работать, въ замѣнъ получаемыхъ денегъ. У тебя умъ помутился отъ излишнихъ заботъ, иначе ты никогда не согласилась бы на такое униженіе.
-- Но чѣмъ же мы будемъ жить? спросила Мэри, которая понимала только, что они были рабочіе на фабрикѣ мистера Малори и что онъ, какъ великодушный хозяинъ, цѣня своихъ рабочихъ, хотѣлъ имъ помочь въ теперешнемъ несчастномъ ихъ положеніи: -- ты всегда былъ противъ хозяина, но если намъ грозитъ голодная смерть, то что же намъ дѣлать?
Ни Мэри, ни Майльсъ, здѣсь кстати замѣтить, не упоминали о своей матери или о возможности получить отъ нея помощь. Позднѣе, въ самые черные дни хлопчатобумажнаго голода, Мэри отправилась къ матери и объяснила ей, въ какомъ отчаянномъ положеніи они находились. Мистрисъ Гойлъ сухо отвѣчала, что всѣ ея деньги положены въ торговое дѣло ея мужа, и что она не имѣетъ ни малѣйшаго надъ ними контроля. Это было справедливо: она совершенно отдала свое маленькое состояніе мужу и когда въ 1863 г. мистрисъ Гойлъ умерла отъ неожиданной, быстро унесшей ее въ могилу болѣзни, оно навсегда перешло въ его руки.
-- Мы еще не умираемъ съ голода, отвѣчалъ Майльсъ на послѣднее замѣчаніе сестры:-- у меня отложено фунтовъ десять, да и у тебя есть кое-что. Конечно, мы думали сберечь эти деньги, но теперь всѣмъ рабочимъ придется употребить отложенные на черный день гроши.
-- Э! голубчикъ, отвѣчала Мэри съ грустнымъ смущеніемъ: -- у меня была такая бездѣлица, и я все издержала на необходимыя покупки для Эдмунда, по приказанію доктора. Я ничего тебѣ не говорила, видя, что ты чѣмъ-то очень озабоченъ. У меня осталось лишь нѣсколько шиллинговъ.
Онъ выпустилъ ея руку и отвернулся. Такъ вотъ что ему предстояло: лечить больного брата, содержать сестру и платить за наемъ дома, а на все это у него было десять фунтовъ стерлинговъ и нѣсколько шиллинговъ. Несмотря на все его мужество и силу воли, онъ печально задумался; мрачная дѣйствительность его давила.
-- Я подумаю обо всемъ этомъ, Мэри, сказалъ онъ наконецъ: -- десяти фунтовъ намъ хватитъ на долго, ты такая славная, экономная хозяйка.
Мэри ничего не отвѣтила. Она знала очень хорошо, какъ быстро исчезнутъ эти десять фунтовъ при болѣзни Эдмунда, и правильное, еженедѣльное пособіе, отъ котораго гордо отказался Майльсъ, казалось ей теперь положительнымъ богатствомъ.
-- Майльсъ, произнесла она послѣ продолжительнаго молчанія:-- у тебя, можетъ быть, есть причина сердиться на хозяина, но я ничего не имѣю противъ него. Я, право, не понимаю, почему мнѣ не принять отъ него пособія ради Эдмунда. Тебѣ объ этомъ не надо и знать.