-- Я легко могу сообщить вамъ всю изъ біографію. Отецъ ихъ былъ священникъ, достопочтенный Джонъ Феликсъ Ферфексъ, викарій въ Ненсайдѣ, гдѣ еще такое прекрасное, старое аббатство. Мать ихъ была аристократка и умерла много лѣтъ тому назадъ. Воспитывались онѣ въ тиши, но, какъ вы сами могли убѣдиться, воспитаніе получили самое изысканное. Отецъ ихъ былъ очень ученый человѣкъ и большой любитель всякаго рода художественныхъ и дорогихъ вещей. Онъ потратилъ множество денегъ на картины, венеціанскія зеркала, медали, вазы, всякую всячину, и когда умеръ, года полтора тому назадъ, онѣ остались въ самомъ жалкомъ положеніи. У нихъ есть маленькія средства, очень, очень маленькія, такія, что на нихъ не прожитъ и одному человѣку. У старшей, Анджелы, большой талантъ къ музыкѣ; я потомъ попрошу её спѣть.
-- О, благодарю васъ!-- горячо проговорилъ Филиппъ; причемъ тубы Текли слегка сжались и она продолжала:
-- Ея талантъ усердно развивали. Нѣсколько времени послѣ смерти отца онѣ жили среди всевозможныхъ лишеній и огорченій, сначала у однихъ родственниковъ, потомъ у другихъ, пока, наконецъ, старый другъ ихъ отца не доставилъ Анджелѣ мѣста учительница музыки въ высшей школѣ, и кромѣ того нѣсколькихъ частныхъ уроковъ. Если она захочетъ трудиться, ей можетъ житься очень хорошо.
-- Но какая разница съ ея прежней жизнью!-- грустно прошепталъ Филиппъ.
-- Конечно,-- тѣмъ же положительнымъ тономъ отвѣчала Текла;-- но ей очень посчастливилось тѣмъ, что она такъ скоро и такъ выгодно пристроилась. Мабель, сестра ея, ходитъ въ школу. Она прелестное созданіе; маленькое совершенство веселости и кротости, а между тѣмъ такъ умна и даровита. Я просто ее обожаю.
-- Но миссъ Ферфексъ,-- началъ Филиппъ.
-- Да, миссъ Ферфексъ, что-жъ вы хотѣли сказать о ней?
-- Конечно, сестра ея прелестная дѣвушка, но ей никогда не сравняться съ миссъ Ферфексъ ни въ чемъ.
-- Анджела взрослая, Мабель дѣвочка, ихъ и сравнивать нельзя,-- былъ отвѣтъ Теклы.-- Мы давно ихъ знаемъ. Папа ѣзжалъ на рыбную ловлю въ Ненсайдъ, и черезъ это мы съ ними познакомились. Я только на дняхъ узнала, что онѣ здѣсь, такъ близко отъ насъ да и отъ васъ также.
-- И съ вашей обычной добротой вы сжалились надъ ними, какъ сжалились надо мной и надъ Грэсъ,-- сказалъ Филиппъ, въ глазахъ котораго, устремленныхъ на лицо Теклы, загорѣлся лучъ непритворнаго удивленія и искренней симпатіи.