-- Такъ часто, какъ заблагоразсудится; чѣмъ чаще, чѣмъ лучше. Еслибы вы знали, какимъ для меня счастіемъ будетъ каждое ваше письмо!
Она улыбнулась, настала новая пауза, пока Филиппъ не проговорилъ:
-- Ахъ кстати, мнѣ очень жаль, что вамъ не придется ѣхать сегодня на балъ, но...
-- Не придется ѣхать!-- проговорила она, поднимая голову.-- Почему? Никто не знаетъ, что мы -- женихъ и невѣста, и, Филиппъ, никто не долженъ знать, кромѣ тѣхъ, кому это уже извѣстно.
-- Какъ?-- прошепталъ онъ.
-- Быть объявленной невѣстой въ ваше отсутствіе, въ этомъ варварскомъ городѣ, это бы меня измучило, почти убило! Право, Филиппъ, объявлять этого не слѣдуетъ.
-- Какъ хотите, моя радость. Ни за что въ мірѣ не согласился бы я причинить вамъ минутной тревоги.
-- Вы причините мнѣ ее немало, пока будете въ Китаѣ -- въ этой ужасной странѣ! Но развѣ вы не понимаете, что если я не поѣду на балъ единственно вслѣдствіе вашего отъѣзда, то чтѣ подумаютъ обо мнѣ? Я поѣду съ тяжелымъ сердцемъ. Я буду, думать о васъ, буду все время готова плакать; но, Фклиппъ, ѣхать я должна, это несомнѣнно.
-- Но Грэсъ не ѣдетъ. Съ кѣмъ вы поѣдете?
-- Грэсъ поѣдетъ, если вы захотите убѣдить ее ѣхать,-- сказала дама его сердца, глядя за него съ чѣмъ-то похожимъ за гнѣвный блескъ въ своихъ темныхъ глазахъ.-- А насчетъ дуэньи я позабочусь. Мистриссъ Берггаузъ возьметъ насъ подъ крылышко.