-- У васъ, должно быть, необыкновенно впечатлительная натура,-- сказала она сладчайшимъ голосомъ.
-- Ахъ, очень!-- согласилась Анджела.
-- Но по моимъ понятіямъ,-- продолжала откровенная Грэсъ,-- люби я человѣка настолько, чтобы выйти за него замужъ, ничто не могло бы быть мнѣ пріятнѣе, чѣмъ объявить всѣмъ и каждому, что я его невѣста. Я гордилась бы этимъ.
-- О, моя дорогая Грэсъ, какой ужасъ! Вы такъ молоды, милочка, вы право не знаете, что говорите.
Грэсъ засмѣялась короткимъ, горькимъ смѣхомъ и замѣтила:
-- Вы хотите сказать, что я въ этомъ отношеніи не такъ опытна, какъ вы? Позвольте вамъ замѣтить, что я совершенно неопытна, если не считать обѣщанія, которое я дала выйти за одного изъ школьныхъ товарищей Филиппа, когда ему было десять, а мнѣ девять лѣтъ. Но я вижу, что мы никогда не сойдемся во мнѣніяхъ по этому вопросу, а потому намъ лучше оставитъ этотъ разговоръ.
Анджела охотно согласилась на это предложеніе; остальной путь онѣ совершали въ полномъ молчаніи.
Едва онѣ успѣли войти въ дамскую уборную въ домѣ мастера Старки, какъ и Берггаузы также пріѣхали -- Текла съ матерью; первая была довольно блѣдна, но съ какимъ-то болѣе глубокимъ, чѣмъ обыкновенно, выраженіемъ въ своихъ голубыхъ глазахъ. Грэсъ бросилась къ ней и начала объяснять ей настоящее положеніе дѣлъ, тихимъ, но энергическимъ шопотомъ; тогда какъ Анджела, изящно оправляя свой изящный и артистическій туалетъ, вполголоса говорила мистриссъ Берггаузъ:
-- Мистеръ Филиппъ Массей неожиданно долженъ былъ уѣхать; онъ, кажется, отправился въ Китай, а потому не могъ сопровождать насъ; понятно, что Грэсъ была такъ занята его проводами и разговорами съ нимъ, что я предложила написать вамъ вмѣсто нея.
-- Ахъ, да!-- отвѣчала ничего не подозрѣвавшая мистриссъ Берггаузъ, оправляя чепецъ передъ зеркаломъ.-- Одному я удивляюсь, что Грэсъ пожелала ѣхать безъ него; она такъ горячо его любитъ.