Слезы показались у него на глазах, и ему захотелось умереть так же просто и храбро.
Вдруг новый сильный удар, на этот раз в корпус корабля, сбил Васю с ног. Он упал на колени, но быстро вскочил, схватившись за свою шпагу.
Кто-то протяжно крикнул:
— Ка-ле-ное в пра-вы-й борт!
Едкий дым повалил из люка и стал распространяться по всему кораблю.
— Пожар!
Это слово, не будучи никем произнесенным, как искра, пролетело из конца в конец судна. Но, несмотря на это, матросы по-прежнему быстро и спокойно заряжали пушки и ворочали снасти, ловко исполняя команду; корабль продолжал стрелять раненым бортом.
«Нет, они слишком спокойны», — думал Вася с волнением.
Капитану Тревенину донесли» что ядро застряло вблизи крюйт-камеры, где хранилось несколько сот пудов пороха. Для разгрузки пороха требовалось столько же времени, как и на то, чтобы добраться до огня через трюм, доверху забитый бочкам» с солониной, квашеной капустой, сухарями.
— Разгрузить трюм! — приказал капитан. — Порох на палубу не поднимать, в море не выбрасывать!