Вася выскочил на палубу. Эскадра приближалась. Солнце готовилось показаться из-за горизонта. И Вася замер на мгновенье, увидев утро, словно окрыленное парусами. То были русские паруса, за которыми, отражаясь на воде, поднималось из моря солнце.
По всему кораблю матросы кричали «ура».
К концу дня объединенный русский флот подошел вплотную к Выборгской гавани и запер шведов вместе с их гребной флотилией, которая укрылась там раньше.
Однако разгромить шведов одним нападением с моря было невозможно. Приходилось брать врага измором.
Наступили будни морской блокады.
Среди обычных дел и событий этих медлительных дней блокады одно событие, быть может незначительное для других, но необычайное для Васи, обрадовало его однажды в весеннее морское утро.
На корабль «Не тронь меня» прибыл мичман Дыбин.
Да, он был уже мичманом и носил эполеты.
Вася и Дыбин встретились у вахтенной скамьи и обнялись крепко, как друзья.
Дыбин был все такой же — с бледным лицом, с глубоким лихорадочным взглядом, в котором, казалось, всегда горел будто зажженный кем-то огонь. Несмотря на довольно долгую разлуку, привязанность, возникшая между ними, стала как будто даже сильнее.