Тут Василий Михайлович, находившийся у себя в каюте, стукнул кулаком по столу и крикнул Рикорду:
— Петр, иди и скажи им, чтобы забирали свой ром и убирались к чорту! Я боюсь, что выброшу этих взяточников за борт вместе с их ромом.
И хотя Рикорд был также огорчен этой задержкой, но он рассуждал хладнокровнее и посоветовал чиновникам перемерить одну бочку и сию цифирь помножить на восемь, ибо все бочки одинаковы.
Когда Рикорд прибавил к сему совету по доброй сигаре на англичанина, те сказали с довольным видом:
—Олл-райт, сэр!
После двухмесячной стоянки «Диана» вновь подняла паруса к вышла в океан, держа путь к Бразилии.
Как ни воевал Василий Михайлович в Портсмуте с английскими таможенными чиновниками, как ни призывал на их головы нового Свифта, но когда «Диана» проходила мыс Лизард, южную оконечность Англии, являющуюся последним клочком европейской земли, он долго не покидал вахтенной скамьи.
Непонятная грусть тревожила его сердце.
Европа исчезла в тумане, в тревогах наполеоновских дней.
Сколько раз ни покидал он Европу, отправляясь в дальние моря, он никогда не оставлял ее берега с таким чувством волнения, как на сей раз.