И с этой минуты он стал думать о том, что придется отказаться от избранного им пути. Он отвечал за корабль и отвечал за жизнь людей, и тяжкая забота легла на его сердце. Он внимательно наблюдал за барометром, но ртуть в нем по-прежнему стояла низко, что для тех мест означало продолжение западных ветров, которые, препятствуя проходу в Тихий океан, благоприятствовали в то же время быстрому переходу к мысу Доброй Надежды.
Тогда он собрал офицеров и сказал им:
— Пробиться на запад без потери в людях нам, видно, не удастся. Посему я решил идти к мысу Доброй Надежды. Там мы исправим повреждения судна, полученные от бурь, дадим людям отдохнуть, запасемся свежей провизией и пойдем на восток, держа путь либо в Китайское море, либо вокруг Новой Голландии. В Камчатке будем осенью.
И «Диана» легла на обратный курс, направляясь к мысу Доброй Надежды.
Глава девятая
„ДИАНА" ПОПАДАЕТ В ЗАПАДНЮ
Спокоен был этот долгий переход.
Первого апреля прошли Гринвичский меридиан. Провизия была уже на исходе, но команда не жаловалась на старшего кока, который делал все, что мог.
Кок был старый и набожный человек. Приближалась пасха. А он не любил, чтобы в светлый праздник люди ели одну солонину. Поэтому в конце страстной недели он явился к Головнину, чтобы посоветоваться о пасхальном столе.
— Чудак ты, братец, — сказал ему капитан. — Что у нас осталось? Ведь одна солонина.