Все смотрели вперед на высокие беспокойные волны. Лишь мичман Мур смотрел в подзорную трубу на берег. Там маячила одинокая человеческая фигура, привлекшая его внимание. Человек стоял на песке, у самой воды, и глядел на «Диану». То был Ганц-Рус, пришедший из своей долины еще раз навестить земляков.
Когда этот русский человек, потерявший свое отечество, увидел, что последний пловучий клочок его родины одевается парусами и уходит, он снял свою тростниковую шляпу и отдал земной поклон уходящим.
А когда он поднял голову, «Дианы» за темнотой и дождем уже не было видно.
Глава тринадцатая
ОГНИ СВЯТОГО ЭЛЬМА
Шквал» так внезапно налетевший на Симанскую бухту, столь же неожиданно и быстро прекратился, но ветер продолжал быть попутным для беглецов, небо было чисто.
Взошла луна, при свете ее было видно, что земля Доброй Надежды осталась далеко позади. Погони не было.
Но все же Головнин решил спуститься к югу, а затем плыть в больших широтах к востоку. Так можно было скорее уйти от мыса Доброй Надежды и затем обойти с юга Новую Голландию и выйти к Ново-Гебридскому архипелагу.
Путь долгий. Плавание сулило быть тяжелым и бурным.