Это был ответ, который Леонзаймо должен был доставить на корабль либо сам, либо с кем-нибудь другим, если японцы задержат его.
Вместе с билетами Рикорд вручил ему два письма: одно к начальнику острова — страбиагу, а другое — Василию Михайловичу Головнину.
Наконец вместе с Леонзаймо он снова отправил на берег того самого японца, который только что вернулся на корабль. Рикорд был в сильном волнении и беспокойстве.
— Я уже истощил все средства, — сказал он Рудакову.— Голова моя не может придумать ничего более. Вы же знаете, что я не могу предпринять военных действий против японцев, а в душе моей кипит желание наказать их за вероломство. Что же делать?
Но и Рудаков на этот раз ничего не мог посоветовать. Наутро вахтенный вдруг громко крикнул:
— С лева по носу от берега идет шлюпка!
Рикорд, поспевший на этот крик с подзорной трубой в руках, быстро навел ее на приближающуюся шлюпку и тотчас же скомандовал:
— Принять на борт Леонзаймо!
Вскоре японец был на корабле. Движения Леонзаймо были торжественно-медленны, лицо мрачно.
— Какие ты вести привез? — с волнением спросил Рикорд. — Говори скорей!