II
На маленькой станции Андро с дедом вышли, а поезд ушел дальше.
На станции было пусто; у каменного крыльца валялись клочки сена и соломы, но не видно было ни одного извозчика.
В доме колхозника народу было мало. Одни лежали на койках, другие примостились на корточках у горящей печки. И тут все говорили о морозах. Ямщики не брались везти, но дед настойчиво уговаривал ехать.
— Куда в такой мороз поедешь? До совхоза десять километров, — сказал старик-извозчик, с сомнением поглядывая то на деда, то на тулупчик и на тонкие валенки Андро.
Дед дал хорошую цену, набавил еще, и старик, наконец, согласился.
Лошадка у него была хорошая, легкая, и за село выедали весело. А за селом — ветер. И сразу солома на санях и воротник на тулупчике Андро стали седыми. Над дорогой и полями курилась поземка.
Андро сел спиной к ветру. И это не помогло. Овчинный тулупчик показался ему теперь не толще бумаги. Андро съежился, закрыл глаза, начал дрожать.
Захватывало дыхание, и он думал: «Хорошо бы иметь еще один тулуп, еще два, три тулупа!»
Потом заныли ноги. Захотелось спать.