– Крошка, ты сидишь на моей юбке. Да, кстати, чтобы не забыть: Эммануэль жалуется, что ты им пренебрегаешь. Вчера он ждал тебя, чтобы показать лошадь, которую хочет купить… А ты не пришел. Он недоволен.
При этих словах Гюстав разразился бранью:
– Твой муж осточертел мне на скачках. Он идиот, шут. И вдобавок – прилипала. Согласись, что торчать по целым дням в его конюшне, на его псарне и на его огороде – потому что этот слабоумный еще к тому же помешан на земледелии, – разглядывать собачью овсянку, шприц для лошадей и фосфатные удобрения по системе Брем-Дюкорне – это не занятие для меня. Я считаю бестактностью, что при наших с тобой отношениях твой муж ходит за мной по пятам. Из-за его глупости все уже начинают что-то подозревать. Клянусь тебе: это всем бросается в глаза.
Она ответила ласково и серьезно, надевая юбку:
– Не говори дурно о моем муже. Раз необходимо иметь мужа, то еще хорошо, что он у меня такой. Подумай, крошка, ведь могло быть и хуже.
Но Гюстав не унимался:
– И к тому же он любит тебя, скотина!
Она слегка скривила губы и слегка пожала плечами, что означало: где ему!
Так по крайней мере ее понял Гюстав. И он подчеркнул смысл ее слов:
– По одной его физиономии видно, что он не из чемпионов в любовных делах. Но есть вещи, о которых даже думать противно.