Черезъ минуту муни нагналъ опять своего питомца. Маленькій Поль сжалъ его руку и такъ умолялъ вынуть его изъ денди, что онъ исполнилъ его просьбу и съ часъ времени несъ его на своемъ плечѣ черезъ темнѣющій лѣсъ.
-- Это напоминаетъ мнѣ то время, когда лодка наша была разбита, -- сказалъ Поль, ощупью поглаживая смуглую щеку Дондарама.
Мускулистая рука крѣпче обвила тѣло ребенка. Что сталось съ Дондарамомъ? Его трясло, какъ въ лихорадкѣ. Походка его стала нетвердою. Онъ чуть не падалъ на неровной тропинкѣ.
-- Если вы упадете, такъ и я полечу съ вами, не правда-ли?-- смѣясь, спросилъ мальчикъ.
-- Я ни за что не упаду, пока мой Гари-Саибъ у меня на плечѣ,-- отвѣчалъ Дондарамъ, подбадриваясь и ступая быстрѣе и тверже.
-- Я не боюсь, что вы упадете,-- беззаботно сказалъ Поль, -- это было бы даже очень забавно. Я и не ушибся бы.
-- Какъ можетъ маленькій Гари знать это?-- спросилъ муни, лаская плечико, которое придерживалъ приподнятою рукой.
-- О! вы не дали бы мнѣ разбиться, -- довѣрчиво сказалъ Поль.-- Я люблю быть въ страшныхъ мѣстахъ вмѣстѣ съ вами,-- прибавилъ онъ.
Было уже темно. Поль не могъ видѣть слезъ, катившихся по морщинистому лицу страшнаго Дондарама.
Съ минуту муни шелъ молча въ темнотѣ. Даже шума шаговъ его на тропинкѣ не было слышно. Наконецъ, онъ снялъ Поля съ плеча и прижалъ его къ своей тяжело и болѣзненно вздымавшейся груди.