- Я не заметил этого и не знаю также, откуда вывели вы заключение, что он любит австрийцев?
- Доказательством этого может служить одна ваша знакомая. Ее называют у нас "la belle Allemande", или она француженка?
- Молодая маркиза Гондревилль?
- Да. Это первая победа Наполеона над Австрией...
- Мадемуазель! - прервал ее Эгберт, который чувствовал себя как на горячих угольях.
Зефирина засмеялась своим звонким, нахальным смехом.
- Вы краснеете, как робкий пастушок. Но ведь у нас за кулисами знают все, что делается в Тюильри. Говорят, эта красавица совсем очаровала Наполеона. Амур, оказывается, сильнее его. Разумеется, она уже не вернется в вашу скучную Германию; родители ее могут распроститься с нею навеки. Атенаис от души хохотала, когда я рассказала ей эту историю. Она знает ее родных и называет их гордыми аристократами. Один из них, я забыла фамилию, вероломно бросил Атенаис, а эта...
Эгберт соскочил со своего места.
- Ах, не убивайте меня! - воскликнула Зефирина театральным тоном. - Вы не жених ли молодой маркизы?
- Я - и маркиза Гондревилль! Вот был бы подходящий брак! Разве вы не знаете, что у нас в Австрии бюргер не может жениться на аристократке?