Бурдон побледнел как смерть и добровольно, не владея собой, последовал за искусителем, который то пугая его, то пробуждая в нем надежду, заманивал его все дальше и дальше в лес от жилья. Наконец они поднимаются на пустынную гору. Витторио неожиданно требует у озадаченного Бурдона его бумаги, говоря, что это может спасти его сына. Бедняга догадывается, что попал в ловушку, зовет к себе на помощь и, забывая свои лета, обращается в бегство. Шевалье останавливает его. Бурдон выбивает из рук Витторио хлыст, которым тот замахнулся на него. Но тут заржала лошадь. "Верно, где-нибудь вблизи люди, - думает с отчаянием Витторио. - Все пропало!" Ему остается одно средство. Он спускает курок; раздается выстрел; за ним в отдалении слышатся подобно эху другие выстрелы. Это граф Вольфсегг охотится со своими приятелями. Жан Бурдон лежит, распростертый на земле в предсмертной агонии. Шевалье поспешно осматривает карманы убитого, находит письма, поднимает хлыст и идет к старому дубу, чтобы отвязать свою верховую лошадь. Из кустов пристально смотрит на него детское лицо, помертвевшее от испуга. Это была Кристель. Взгляды их встречаются. Девочка боязливо вздрагивает и исчезает. Вскочив на лошадь, шевалье мчится окольной дорогой в Ламбах и застает там курьера, который едет в Париж. Он передает ему часть писем, найденных у Бурдона, запечатав их в пакет, адресованный на имя Фуше. Другие оставляет у себя для просмотра.
Вся эта картина всплывает в его памяти с поразительной ясностью. "Если бы сегодня повторилось все это, - думает Цамбелли, - я опять сделал бы то же самое. Мне не оставалось иного выхода!" Но он сознает, что история убийства во всей своей наготе не должна быть известна публике. Ему безразлично, что думают о нем люди, пока нет против него прямого обвинения или доказательств. Веньямин Бурдон в тюрьме, граф Вольфсегг пропал без вести; ни тот ни другой не могут навредить ему; но если будет поднято дело, то еще двое могут быть свидетелями: Кристель и Эгберт.
- Как я уже говорил вам, мой милый Луазель, - сказал Цамбелли, терпеливо выслушав хвастливый рассказ своего собеседника о каком-то любовном приключении, - красавица, о которой вы упоминали на том знаменитом пикнике в Пале-Рояле, где вы поссорились с Дешан, живет с нами по соседству, и я имел честь познакомиться с нею.
- Неужели! - воскликнул Луазель. - Я думаю, она очень похорошела с тех пор! В тысяча восемьсот шестьдесят пятом году она была почти девочка.
- Фрейлейн Армгарт превзойдет все ваши ожидания. Она необыкновенно умна и хороша собой.
Луазель самодовольно погладил свою русую бороду.
- Нужно будет нанести ей визит, - сказал он. - Значит, вы бываете у них в доме! Как вы познакомились с ней? Я не считал вас дамским кавалером.
- Да я никогда и не был им в том смысле, как вы думаете, но я знаком с хозяином дома, в котором живет фрейлейн со своими родителями.
- Но ведь они не ее родители! Судя по шуму, который подняла эта сумасшедшая Атенаис, эта фрейлейн ее дочь. Помните, как тогда Дешан разозлилась на меня? Со стороны можно было подумать, что я виновник ее несчастья.
- Я не только знаком, но и дружен с господином Геймвальдом, - заметил шевалье.