Магдалена опустила голову. Слезы душили ее.
Он обнял ее и нежно прижал к своей груди.
- Будь моей женой, Магдалена! Сама судьба предназначила нас друг для друга; мы не должны идти против ее решения.
- Я всегда любила тебя, Эгберт, даже тогда, когда не была уверена в твоей привязанности. Но теперь, когда исполняется то, что я считала несбыточной мечтой, какой-то страх сжимает мое сердце, как будто радость слишком велика и счастье быть любимой тобой будет отнято у меня.
- Мы живем в тяжелое время, моя дорогая; когда оно пройдет, мы будем вдвойне наслаждаться счастьем.
- На что мне будущность! Ты любишь меня?
- Да, я люблю тебя.
Шепот их заглушался порывами ветра, стонами и жалобами деревьев. Редкие тяжелые капли дождя падали на листья. Ветер, врываясь в комнату, грозил погасить свечи. Эгберт запер окно. На дворе совсем стемнело; злилась и завывала буря; поток дождя шумно лил на крышу и оконные рамы. Магдалена сидела на скамейке у ног Эгберта, положив руки ему на колени, и смотрела на него своими кроткими любящими глазами. Это была лучшая минута ее жизни. Сердце ее замирало от счастья.
Но вот сквозь шум дождя и бури раздался подавленный крик. Они прекратили разговор и стали прислушиваться, но ничего не было слышно, кроме однообразного завывания бушующего ветра.
Во дворе под проливным дождем стоит у каштана Кри-стель. Она плачет и кричит под наплывом странных ощущений, не зная сама, от горя или радости. Длинные волосы ее развеваются по ветру; она то поднимает руки к небу, то протягивает их за какой-то тенью.