Это была стройная, красиво сложенная женщина съ смуглымъ оттѣнкомъ кожи и карими задумчивыми глазами. Въ ея скромныхъ и сдержанныхъ манерахъ замѣтно было какъ бы затаенное желаніе поддержать репутацію святости и самоотреченія, которая утвердилась за нею при французскомъ дворѣ. Во всей ея фигурѣ было нѣчто монашеское, чѣмъ она рѣзко отличалась отъ веселыхъ и легкомысленныхъ француженокъ, окружавшихъ королеву. Когда она въ прошломъ году явилась въ Версаль съ своимъ дядей Адамомъ Лобковичемъ, то встрѣтила самый милостивый пріемъ. Марія Антуанета была очень рада имѣть около себя соотечественницу, съ которой она могла говорить о своей родинѣ и о своихъ затаенныхъ думахъ безъ опасенія, что ея слова будутъ переданы съ различными комментаріями. Молодая, красивая женщина, съ печальнымъ выраженіемъ лица, возбудила въ ней любопытство и участіе. Въ придворныхъ кружкахъ Версаля разсказывали, что когда графиня, разставшись съ мужемъ, выѣхала изъ Венеціи, то дядя ея, Лобковичъ, хотѣлъ просить папу о разводѣ, но она воспротивилась этому, въ надеждѣ на возвращеніе своего мужа. Но онъ не пріѣзжалъ. Графиня Рената не хотѣла признавать свой бракъ расторгнутымъ; одни объясняли это ея любовью къ мужу, другіе -- мученіями совѣсти. Всѣ попытки узнать ея тайну оказались напрасными. Тѣмъ не менѣе, дамы въ Версалѣ и Тріанонѣ были убѣждены, что подъ этими опущенными рѣсницами, холодностью, съ какой она принимала ухаживанье придворныхъ кавалеровъ и дѣйствительнымъ или мнимымъ равнодушіемъ къ шуму и блеску празднествъ, должна скрываться какая нибудь таинственная исторія. Къ зависти и злословію праздныхъ людей скоро присоединилась непріязнь, вслѣдствіе явнаго предпочтенія, которое королева оказывала иностранкѣ. У придворныхъ дамъ явилось сомнѣніе въ ея невинности. Не убѣжала ли она изъ Венеціи изъ боязни мщенія оскорбленнаго мужа?.. Но эти толки не производили, повидимому, никакого впечатлѣнія на Ренату. Она со всѣми обращалась одинаково кротко и дружелюбно и никто не могъ похвалиться близостью съ нею.
Королева удивлялась благочестію, сдержанности и серьезному характеру молодой графини, который составлялъ такую противоположность съ ея собственнымъ легкомысліемъ. Тайна, связанная съ жизнью ея новой пріятельницы, занимала Марію Антуанету и усиливала ея дружбу къ ней.
Между тѣмъ, Рената въ послѣднее время болѣе чѣмъ когда нибудь тяготилась своимъ неопредѣленнымъ положеніемъ. Нѣсколько мѣсяцевъ тому назадъ, она получила послѣднее извѣстіе о своемъ мужѣ отъ старой графини Турмъ, которая написала ей письмо, полное негодованія, гдѣ распространялась въ рѣзкихъ выраженіяхъ о похищеніи ея внучки графомъ Эрбахомъ. Но въ письмѣ среди брани и проклятій, которыми старуха осыпала виновныхъ, довольно ясно высказывалось желаніе, чтобы ея внукъ Прокопъ женился на Ренатѣ. Она добавляла, что это было ея завѣтной мечтой втеченіе многихъ лѣтъ и что исполненіе этого желанія заставитъ ее забыть всѣ несчастія, какія она испытала въ жизни. Главная цѣль была настолько очевидна, что у Ренаты явилось сомнѣніе относительно правдивости обвиненій, взводимыхъ старой графиней на Эрбаха и Корону. Тѣмъ не менѣе, фактъ бѣгства Короны и ея пребыванія въ Таннбургѣ былъ на лицо. Неужели ласковое обращеніе, изящная наружность и выдающійся умъ графа Эрбаха, которымъ она такъ увлекалась въ былое время, плѣнили молодую неопытную дѣвушку?
Сердце Рецаты болѣзненно сжалось при этой мысли. Если она не имѣла больше правъ на любовь своего мужа, то она все-таки не могла себѣ представить, что онъ такъ скоро утѣшится въ разлукѣ съ ней и сойдется съ ея бывшей подругой!.. Послѣ перваго взрыва горя, она нашла успокоеніе въ религіи и рѣшилась простить виновнымъ и безропотно покориться своей участи. Въ этомъ смыслѣ она написала старой графинѣ и приложила письмо къ Коронѣ, въ которомъ увѣщевала ее раскаяться и вернуться къ роднымъ, и только вскользь упомянула о себѣ и нанесенномъ ей оскорбленіи.
Она не получила отвѣта на это письмо, и хотя Гасликъ былъ въ дѣятельной перепискѣ съ ея дядей, но ее не интересовали извѣстія, сообщаемыя священникомъ, такъ какъ они большею частью имѣли одинъ и тотъ же характеръ. Она всегда прекращала разговоры на эту тему, но, тѣмъ не менѣе, узнала мимоходомъ отъ своего дяди, что Корону свезли въ монастырь урсулинокъ въ Прагѣ и что графъ Эрбахъ получилъ богатое наслѣдство. При этомъ Лобковичъ добавилъ съ презрительной усмѣшкой, что "никакое богатство долго не удержится у такого мота..."
Какъ она была встревожена сегодня утромъ, когда увидѣла своего мужа у главныхъ воротъ! У него была та же непринужденная, горделивая осанка, которая такъ нравилась ей, только лицо какъ будто сдѣлалось серьезнѣе, нежели прежде. Онъ, вѣроятно, не замѣтилъ ея, потому что въ это время разговаривалъ съ кѣмъ-то изъ толпы. Но она была убѣждена, что видѣла его; если глаза ея могли ошибиться, то не обмануло усиленное біеніе сердца. Неужели опять проснулось въ ней прежнее, несовсѣмъ угасшее, чувство!.. Въ эту минуту она не могла отдать себѣ отчета въ своихъ чувствахъ, тѣмъ болѣе, что должна была отвѣчать на настоятельные вопросы королевы и, по ея требованію, отправить слугу съ приказомъ собрать самыя точныя свѣдѣнія о графѣ Эрбахѣ. Она тѣмъ охотнѣе исполнила приказаніе Маріи Антуанеты, что оно согласовалось съ ея собственнымъ желаніемъ.
Собранныя свѣдѣнія были далеко не утѣшительнаго свойства; но она узнала, въ какомъ домѣ живетъ ея мужъ и могла приготовиться къ встрѣчѣ, которая казалась ей неизбѣжной. Поступки и рѣшенія самыхъ разумныхъ людей бываютъ иногда настолько странны и противорѣчивы, что, быть можетъ, онъ пріѣхалъ сюда съ единственною цѣлью примириться съ нею. Наконецъ, она сама дѣйствительно ли чувствуетъ къ нему такое непреодолимое отвращеніе, какъ хочетъ представить ея дядя? Румянецъ, вспыхнувшій на ея щекахъ, убѣждалъ ее въ противномъ. Сколько людей послѣ долгой разлуки встрѣчаются довѣрчивѣе и искреннѣе и въ состояніи сдѣлать другъ другу болѣе правильную оцѣнку, нежели въ началѣ сближенія. Развѣ она не можетъ умѣрить свое горячее желаніе обратить его въ католичество, тѣмъ болѣе, что онъ самъ теперь будетъ, вѣроятно, относиться съ большею терпимостью къ ея благочестію, сдѣлается снова ласковъ и нѣженъ съ нею...
Невольная дрожь пробѣжала по ея тѣлу при этой мысли; она боязливо оглянулась... Ей показалось, что какая-то тѣнь двигается вдоль стѣны, та самая тѣнь, которая встала между нею и мужемъ въ Венеціи и была причиной ихъ разрыва. Въ своихъ мечтахъ о будущемъ она забыла это темное пятно, которое лежало на ея прошломъ. Теперь оно выросло передъ нею и приняло гигантскіе размѣры. Все тревожнѣе и печальнѣе становились ея думы. Королева сказала, что Эрбахъ любимецъ Іосифа II. Какъ могла произойти эта дружба? Развѣ они не знали и не догадывались, что уже встрѣчались прежде, и далеко не дружелюбнымъ образомъ? Или, быть можетъ, они откровенно объяснились другъ съ другомъ относительно прошлаго?.. Какъ тяжело ей будетъ видѣть ихъ вмѣстѣ!.. Неопредѣленный страхъ, стыдъ и раскаяніе овладѣли ею. Еще въ Венеціи она хотѣла во всемъ признаться своему мужу, но благоразуміе и совѣты дяди удержали ее. Теперь она опять дала себѣ слово не скрывать правды...
Она поспѣшно встала и пошла къ открытой двери, ведущей въ залу, гдѣ собралось все общество.
-- Куда вы Дѣлись, графиня Рената? воскликнула съ живостью королева, сдѣлавъ нѣсколько шаговъ ей на встрѣчу и взявъ за обѣ руки.-- Я должна сообщить вамъ важную государственную тайну! Въ Люсьеннѣ составили противъ насъ заговоръ...