Рената осталась одна въ саду. Она машинально смотрѣла, какъ императрица съ трудомъ поднималась по ступенямъ лѣстницы и скрылась за большой дверью нижняго этажа. Мысли ея въ эту минуту были исключительно заняты Короной. Изъ всего, что говорила Марія Терезія, только это и осталось въ ея памяти. Она поспѣшно отошла отъ замка въ одну изъбоковыхъ аллей и сѣла на скамейку. Несмотря на теплый солнечный день, съ ней сдѣлалась дрожь. Она боялась свиданія съ Короной. Всего одинъ разъ графъ Эрбахъ упомянулъ о ней по поводу ея бѣгства и пребыванія въ Таннбургѣ. Сегодня ей казалось, что онъ тогда слишкомъ торопился окончить этотъ разговоръ, и съ тѣхъ поръ всегда избѣгалъ его. Она спрашивала себя, какого рода встрѣча произойдетъ между ея мужемъ и Короной, и будетъ ли онъ также увлекаться ея пѣніемъ, какъ прежде?..
Но вслѣдъ затѣмъ у ней явилось раскаяніе въ томъ злобномъ чувствѣ, какое проснулось въ ея сердцѣ.-- Ты дурная женщина, скакала она себѣ.-- Что даетъ тебѣ право подозрѣвать твоего мужа и подругу юности и приписывать имъ чувства, которыя, быть можетъ, только существуютъ въ твоемъ воображеніи? Если онъ охладѣлъ къ тебѣ, то ты сама виновата въ этомъ; неужели ты хочешь еще больше испортить свою супружескую жизнь недоброжелательствомъ и завистью!..
Мысли эти были неожиданно прерваны стукомъ колесъ императорской кареты, выѣхавшей изъ замка Шенбрунна, и громкими словами команды дежурнаго офицера, который маршировалъ по двору съ своими солдатами. Рената подняла голову и съ безпокойствомъ оглянулась. Изъ бесѣдки вдоль холма шли двое мужчинъ и вели между собою оживленный разговоръ. Въ одномъ изъ нихъ она узнала патера Ротгана; другой былъ совершенно незнакомъ ей.
Когда они подошли ближе, патеръ почтительно поклонился графинѣ и выразилъ радостное изумленіе, въ которомъ проглядывало нѣкоторое замѣшательство.
-- Честь имѣю кланяться вашему сіятельству! сказалъ онъ торопливо.-- Я никакъ не ожидалъ, что встрѣчу васъ въ этомъ саду въ такое позднее время года! Какой у васъ цвѣтущій и здоровый видъ... Я пріѣхалъ сюда нѣсколько дней тому назадъ и только неотложныя дѣла помѣшали мнѣ явиться къ вашему сіятельству, чтобы засвидѣтельствовать мое почтеніе и передать поклоны отъ вашего супруга.
-- Я вполнѣ увѣрена въ вашей дружбѣ, г-нъ патеръ. Какъ здоровье графа?
-- Онъ здоровъ тѣломъ, но упалъ духомъ. Походъ не осуществилъ надежды императора и его приближенныхъ... Я видѣлъ въ послѣдній разъ графа въ Прагѣ. Онъ хотѣлъ заѣхать въ Таннбургъ, чтобы узнать, насколько пострадали его владѣнія отъ прохода войскъ, а затѣмъ онъ немедленно явится къ вамъ.
-- Надѣюсь, г-нъ патеръ, что вы не пройдете мимо моего дома, не посѣтивъ меня. Но вашъ спутникъ выражаетъ нетерпѣніе...
-- Позвольте представить вамъ этого молодаго человѣка. Ея сіятельство графиня Эрбахъ выразила желаніе... Сеньоръ Антоніо Росси, первый теноръ нашей оперы... Надѣюсь, что ваше сіятельство не откажетъ ему въ своемъ покровительствѣ. Я познакомился съ г. Росси во времена моего изгнанія.
Печальное выраженіе блѣднаго лица Антоніо возбудило къ нему участіе графини. Она не замѣтила густой краски, покрывшей его щеки, когда патеръ произнесъ ея имя, и видѣла въ немъ скромнаго артиста, смущеннаго присутствіемъ знатной дамы. Она обратилась къ нему съ привѣтливой улыбкой и сказала: