-- Нѣтъ, Корона, мы должны поскорѣе уѣхать изъ Вѣны -- это домъ сумасшедшихъ! кричалъ маркизъ, разхаживая по комнатѣ быстрыми шагами. Можетъ ли быть иначе въ городѣ, гдѣ всѣ поклоняются Глюку! Неужели я, какъ Агамемнонъ, поведу на закланіе собственную дочь!
Напрасно хозяйка дома уговаривала его успокоиться, доказывая, что Корона чувствуетъ себя хорошо и скоро вернется къ нему. Маркизъ продолжалъ свой монологъ, размахивая руками.
-- Вы представьте мой испугъ, Корона: я сперва отправился къ вашему дядѣ и брату, но тутъ я не могъ добиться никакихъ извѣстій о васъ; слуги только перешептывались и смотрѣли на меня съ вытаращенными глазами, точно я говорилъ на арабскомъ языкѣ. Въ гостинницѣ Römischen Kaiser мнѣ сказали, что Арембергъ съ вашимъ братомъ и еще съ какими-то двумя господами уѣхали въ зоологическій садъ. Тогда я рѣшился прямо отправиться сюда... Одна мысль, что я могу остаться одинокимъ, приводила меня въ отчаяніе...
Волненіе маркиза при дальнѣйшихъ разспросахъ перешло къ обѣимъ женщинамъ. Лицо Ренаты покрылось мертвенной блѣдностью; Корона бросилась рыдая на ея шею:
-- Прости меня! говорила она сквозь слезы.-- Они поссорились изъ-за меня! Я поощряла ухаживанье Аремберга, не чувствуя къ нему никакой привязанности, и возбудила въ немъ ревность въ графу Эрбаху... Когда-то я мечтала помирить васъ, а теперь довела твоего мужа до дуэли... Вотъ моя любовь, она приноситъ несчастіе... Прости меня!..
-- Зачѣмъ ты рисуешь себѣ такія ужасныя картины? сказала Рената, стараясь успокоить взволнованную дѣвушку.-- Дуэли очень часто кончаются ничѣмъ.
-- Какъ я хотѣла-бы броситься между ними! продолжала Корона внѣ себя отъ отчаянія.-- Неужели онъ погибнетъ изъ-за меня! Отчего я не могу умереть вмѣсто него! Что можетъ дать мнѣ жизнь!.. Какъ была бы я счастлива, если бы лежала теперь въ землѣ подъ соснами Таннбурга!..
-- Я здѣсь, Корона! вы напрасно оплакиваете меня, сказалъ графѣ Эрбахъ, прерывая горькія жалобы молодой дѣвушки.-- Какъ видите, судьба пощадила меня.
Онъ съ нѣжностью обнялъ жену и подошелъ къ растерявшейся Коронѣ, которая едва рѣшилась подать ему руку.
Несмотря на все умѣнье владѣть собой, онъ съ трудомъ скрывалъ свое смущеніе, такъ какъ чувствовалъ себя глубоко виноватымъ передъ этими дорогими для него существами, которымъ онъ доставилъ такія тяжелыя минуты своимъ непростительнымъ легкомысліемъ. Не менѣе тяготила его непріятная обязанность сообщить Коронѣ о смерти Аремберга; онъ зналъ, что, несмотря на всѣ усилія смягчить краски, ему все-таки придется нанести ея сердцу новую неизлечимую рану. Тѣмъ не менѣе онъ не могъ долѣе скрывать истины, потому что Рената обратилась къ нему съ просьбой сообщить подробности дуэли.