Всадникъ сдѣлалъ недовольную мину и недовѣрчиво посмотрѣлъ на молодую дѣвушку и на мрачную сосновую аллею, ведущую въ глубину сада. Онъ увидѣлъ издали двухъ мужчинъ, которые медленно шлц по аллеѣ.
-- Жаль, продолжалъ онъ,-- что мнѣ не удастся проститься съ твоей барышней. Но я долженъ былъ бы знать, что женщины рѣдко держатъ свое обѣщаніе и что ихъ расположеніе духа мѣняется, какъ вѣтеръ, безъ всякой видимой причины.
-- Надѣюсь, вы не говорите серьезно, сказала Гедвига, задѣтая за живое этимъ замѣчаніемъ.
-- Прости меня, я былъ несправедливъ относительно тебя, сказалъ всадникъ и его лицо приняло прежнее привѣтливое выраженіе.-- Ты не забыла моей просьбы. Носи это въ память о всадникѣ, которому ты указала дорогу въ Лейтмерицъ. Я привезъ тебѣ этотъ подарокъ изъ города.
Съ этими словами онъ вынулъ изъ кармана небольшой золотой крестикъ, осыпанный брилліантами и рубинами, висѣвшій на шелковой лентѣ, и ловко накинулъ его на шею Гедвиги.
-- Да благословитъ тебя Господь!-- сказалъ онъ, любуясь смущеніемъ молодой дѣвушки и густой краской стыдливости, покрывавшей ея щеки. Затѣмъ, кивнувъ ей слегка головой, пришпорилъ свою лошадь и крикнулъ провожатымъ:-- Въ деревню! У шинка мы дадимъ отдыхъ нашимъ лошадямъ!
Гедвига наклонилась черезъ стѣну, чтобы еще разъ взглянуть на всадника. Въ эту минуту она почувствовала, Что кто-то слегка прикоснулся до ея плеча.
-- Кто этотъ офицеръ? спросилъ графъ Эрбахъ, который подошелъ къ ней вмѣстѣ съ патеромъ.
Они видѣли издали, что молодая дѣвушка разговаривала со всадникомъ.
Первымъ движеніемъ Гедвиги было схватиться за золотой крестъ, какъ бы изъ боязни, что у ней отнимутъ эту вещь, которая имѣла для нея двойную цѣну. Она была въ такомъ волненіи, что не могла выговорить ни одного слова, и только случай вывелъ ее изъ затрудненія. Всадникъ, улыбаясь, повернулся къ ней лицомъ.