Патеръ Ротганъ, не смотря на все свое негодованіе, старался сохранить наружное спокойствіе.
-- Вамъ, господа, извѣстны такія удивительныя исторіи,-- сказалъ онъ насмѣшливымъ тономъ,-- что мое общество должно стѣснять васъ. Мнѣ не приходилось видѣть графини Короны въ замкѣ, хотя я лично знакомъ съ нею; можетъ быть, она уѣхала верхомъ съ офицеромъ въ зеленомъ мундирѣ, которому г. священникъ забылъ поклониться вовремя. Не думаетъ ли Григорій Гасликъ загладить непочтительное обращеніе съ императоромъ тайными доносами и интригами противъ своего господина и патрона? Пусть Венцель Свобода отправится въ Прагу и убѣдится на опытѣ, кому больше повѣритъ оберъ-бургграфъ -- ему, или графу Эрбаху? Что касается меня лично, то я не имѣю никакого желанія вмѣшиваться въ подобныя исторіи.
-- Въ этой распрѣ, замѣтилъ скромно священникъ,-- Господу угодно было отвергнуть сильныхъ и избрать своимъ орудіемъ мелкихъ людей.
-- Давидъ убилъ великана Голіаѳа, пробормоталъ писарь, вынимая изъ кармана запечатанное письмо.
Въ дверяхъ появилась голова Людмилы, которая громко крикнула, что передъ домомъ остановился Рехбергеръ съ экипажемъ и ожидаетъ г-на патера.
-- Намъ измѣнили! воскликнулъ съ испугомъ писарь, оглядываясь по сторонамъ въ надеждѣ отыскать выходъ.
-- Господь да благословитъ васъ, сказалъ патеръ. Добрый вечеръ!
Священникъ проводилъ своего гостя до крыльца, не столько изъ учтивости, сколько изъ желанія узнать, съ какою цѣлью пріѣхалъ Рехбергеръ? Патеръ на минуту вошелъ въ комнату, служившею ему спальней, и вернулся оттуда съ небольшимъ узломъ въ рукахъ.
-- Omnia mea mecum porto, сказалъ онъ, обращаясь съ улыбкой къ священнику, стоявшему на крыльцѣ.
Они пожали другъ другу руки. Въ это время Людмила, считая нелишнимъ усилить наблюденіе за патеромъ, выглянула изъ окна верхняго этажа.