-- Быть может Ратиц полагает, что показав свою силу, условия мира будут для него более предпочтительны?
-- Послушай, а что будет с нами, если ты освободишь Инграма? Ведь путь наш долог, и нас легко догонят сорбские воины.
-- Христианские жрецы обладают многими тайнами, -- задумчиво сказал Вольфрам. -- Возможно, ты лишишь силы сорбских коней, или возбудишь призрак, который собьет их с дороги. Прощай! Если нам суждено свидеться, то только в земле турингов.
Вольфрам еще раз взглянул на странствующую толпу. Он слез с лошади, отдав повод Готфриду. Потом подождал девушку-язычницу Гертруду, подробно объяснив ей, как продвигаться дальше и где переходить реку в брод. Затем широким шагом пошел обратно.
...В большом собрании сорбов жрец объявил Инграму его участь. Воины посматривали на Инграма, гадая, как воспримет он эту зловещую весть. Но Инграм не смутился, лишь гневно закричал Ратицу:
-- Не честно и лукаво решение твое! Не воином, но подобно старой бабе мстишь ты безоружному человеку!
-- Брань узника -- что жужжание комара, -- отозвался Ратиц. -- Взнуздайте мне вороного, а жертвенную скотину отведите на конюшню.
Мирос и некоторые из воинов повели пленника в пустой блокгауз во дворе.
-- Если обещаешь, Инграм, не бежать из помещения, то оставлю твои ноги свободными.
Инграм ответил: