Св. Христофор, пожелавший служить только самому сильному владыке, убеждается сначала в том, что сатана могущественнее королей земных, а потом в том, что еще могущественнее Бог: из оруженосца дьявола он превращается в служителя Христа -- начала добра и благости.
Средневековой человек, конечно, боялся чёрта.
Дьявол рисовался его воображению обыкновенно в виде черного, как эфиоп, гиганта (таким он представлялся Фоме Аквинату), в виде чудища с сотней ног и рук (так он изображен в Видении Тундаля), как колосс с тремя лицами (таким он является на одной фреске Джиотто и в поэме Данте). [1]).
И однако -- по замечанию компетентного ученого [2]) -- средневековой человек чаще смеялся над чёртом, чем боялся его.
Дьявол, как комическая фигура, -- частое явление в средневековой литературе. То он предстает перед нами в виде ловкого карманника, который ворует вещи и, весело скаля зубы, бросается наутек (легенда о Св. Карадоке), то он принимает вид ловкого селадона, нашептывающего праматери сладкие комплименты (французская мистерия об Адаме и Еве), то, наконец, он превращается в скандалиста-дебошира, кувыркающегося на крыльях ветряных мельниц, высасывающего вино из бочек, опрокидывающего баржи (французская поэма XIII в.).
Распространенность в средние века представления о дьяволе, как комическом лице, доказывается убедительно следующим фактом.
Одна группа чертей носила во Франции название Helequin (к их числу принадлежит выше упомянутый черт-весельчак из поэмы XIII в.). Этот дьявол-шутник зашел и в Италию, где он получил название Alichino (один из комических дьяволов в 21 песне дантовского "Ада"). Слово Helequin звучало также Herlequin, а на парижском арго Harlequin.
Как видно, знаменитый Арлекин, главный герой импровизированной комедии или Commedia dell'Arte, смешивший своими шутками и выходками столько поколений, восходит по прямой линии к -- чёрту [3]).
Да и как было не смеяться над дьяволом и его темной ратью вассалов, если они обыкновенно отличались непроходимой глупостью? Кто не надувал чёрта? Студенты, горожане, Виргилий. чёрт всегда остается в дураках. Он строит мост через реку с условием, что первый, кто по нём пройдет, будет принадлежать ему, а горожане пускают первой -- собаку. Он читает студентам лекции о магии, при чём последний, кто покинет аудиторию, будет его собственностью, а студент, который после всех уходит из комнаты, указывает на свою -- тень. чёрт объясняет Виргилию тайны колдования в награду за то, что тот освободил его из заколдованной дыры, а когда поэт постиг интересовавшие его вопросы, он прикидывается удивленным, как мог дьявол поместиться в такой небольшой дыре; чёрт по глупости лезет в нее, чтобы продемонстрировать ему наглядно такую возможность, Виргилий захлопывает крышку и преспокойно продолжает свой путь.
Благодушие средневекового человека наглядно сказалось и в том, что он верил в существование не только, так сказать, нейтральных духов, ни злых, ни добрых -- Данте поместил их в преддверии ада -- но и целой плеяды прямо добрых чертей. Сохранилось немало легенд о том, как они помогали людям, особенно если последние оказали им какую-нибудь услугу.